Ежедневное их присутствие рядом неожиданно для Верочки вносит в её жизнь спокойствие и уверенность. Она существенно меньше опасается незваных гостей за дверью, и те, в свою очередь, оживляются и ведут себя уже более открыто и смело. Верочка теперь каждый день слышит, как они наводят порядок, подтаскивая обломки к краю проломов, поближе к улице, но не сбрасывают их вниз. Иногда до неё доносятся обрывки приглушенных разговоров, и Верочка по голосам определяет, что за дверью находятся трое: двое мужчин и женщина.
Жизнь снова начинает входить в привычную колею, хотя и по новым правилам. Теперь при приготовлении пищи они плотно закрывают дверь на кухню и обязательно включают вытяжку. Два раза в день, утром и вечером, Витя ходит с кувшином за порцией чистой питьевой воды. Остатки они сливают в наполненную до краёв ванну и накрывают её сверху полиэтиленовой плёнкой, задерживающей испарение. Иногда Витя отправляется за водой чаще, и тогда они по очереди моются над раковиной или унитазом.
Вечером, после его прихода, Верочка выбирается на прогулку. Ради развлечения она сгребает в небольшие кучи мелкий мусор, выкладывая из него на асфальте замысловатые узоры. Газоны уже густо покрыты лилово-оранжевой порослью, напоминающей мелкий пушистый мох и жгучей на ощупь. Верочка, как плугом, рисует на них ледорубом абстрактные геометрические картинки.
Спят они между ножками кухонного стола, подложив под головы мешки с мукой и сахаром. Снизу, под ватным одеялом, заменяющим матрас, лежат для мягкости запасы макарон и крупы. Помимо шерстяного пледа приходится укрываться верхней одеждой и всё же включать на пару часов перед сном обогреватель. С нижней стороны стола Верочка приматывает скотчем карманный фонарик и читает Вите вслух:
«Пушкин?» — пытается угадать Витя.
«Не-а», — отрицательно мотает головой Верочка.
«Лермонтов?» — делает Витя ещё одну попытку.
«Нет», — улыбается Верочка.
«А кто?», — интересуется Витя.
«Есенин».
«Я так и думал», — кивает тот в ответ и тоже открывает книгу:
«Что-то какая-то ерунда, тягомотина», — морщится Витя и откладывает сборник стихов в сторону.
«Это как раз Пушкин», — смеётся Верочка…
В начале ноября танки опять оживляются и, сделав по окрестным домам ещё несколько выстрелов на поражение, теперь круглосуточно патрулируют обе стороны соседней улицы. Верочка с Витей наблюдают их движение в проёме между домами и играют в азартную игру на спички: каждый из них загадывает себе движущийся танк, и оба, прильнув к кухонной амбразуре, ждут, чей первым вернётся обратно.
Через несколько дней снаружи становится шумно, и по той улице начинают безостановочное движение огромные, тяжелогружёные фуры и рефрижераторы. Сплошным непрекращающимся потоком, машина за машиной, они идут и идут друг за другом в одну и ту же сторону: в направлении бывшей столицы, на северо-запад…
12