Всё будет хорошо — она точно это знает.
День рождения Лили
Сегодня Лиля пришла домой пораньше. Спать хочется! Завалиться бы сейчас на тахту, выспаться, а потом ещё поваляться с книжкой.
Лиля вспомнила дачу и гулкую веранду с разноцветной мозаикой на решётчатых окнах, в которые пробивается неясный утренний свет. И скрипучий крик петуха… Вот туда бы — и закутаться в плед.
«Нет, выспаться мне не дадут, — улыбнулась про себя Лиля, — Сегодня у меня день рождения».
Лиля уже много лет назад махнула рукой на все эти условности. Ушло ощущение праздника, ожидание чуда. А устраивать показуху и вымучивать из себя веселье — зачем?
Но дети хотят радости. Вот и сейчас на кухне топот, цоканье посуды, и кто-то двигает стол. Лиля бросила сапоги в прихожей и в колготках прошла на кухню.
Так и есть. Даша со Стёпкой готовят праздничный ужин: салатики и торт.
На столе стоит ваза с жёлтыми розами — это единственные цветы, которые Лиле действительно нравятся. Как солнце пришло в дом.
Лиля опускается на стул и смотрит на детей. Как же это хорошо — ничего не делать…
Даша гремит тарелками, деловая, как всегда, и с новой причёской. Цвет то ли оранжевый, то ли… непонятно какой. Всё придумала, всё организовала и Стёпку вовлекла. Прямо как Лиля в юности, только ещё сильнее.
Степан режет торт. Сын уже на голову выше Лили. Опять из всех рубашек вырос.
На кухне появляется перепачканный шоколадом младший — Игорь. Понятно, дали конфету и усадили смотреть мультики.
Теперь хозяйством занимаются все трое: мелкий раскладывает рядом с тарелками ложки.
— Мам, ты опять грустная, — осторожно замечает Стёпа, — Устала?
— Устала, — кивает головой Лиля.
— Мам, что я могу для тебя сделать? — откладывает он нож в сторону.
Даша тоже поворачивается и вопросительно смотрит на Лилю.
— И я, — подает голос Игорь, — Что сделать?
Что же вы можете для меня сделать, милые мои?
Лиля грустно улыбается и протягивает дочери руку. Та тут же прижимается к ней. Худющая какая.
— Доченька, будь счастлива — Это всё, что мне от тебя нужно.
Потом Лиля смотрит на сыновей. Эти — другие, и Лиля не знает, что они могут для неё сделать.
— А вы делайте, что должно, и будь что будет.
Степан замирает. Его лицо становится серьёзным, почти суровым. Его внутренний взор уже устремлён куда-то далеко за пределы кухни. Куда?
Игорёк переводит взгляд с одного на другого. Колготки у него растянуты на коленках, за поясом два перекрещенных пластмассовых меча, на голове велосипедный шлем — ну настоящий герой, защитник слабых.
— Мам, давай я тогда чашку помою, — лезет он в раковину.
— И полы, — возвращается к действительности Степан.
— Щас! — вопит Игорь и бежит в ванну за тряпкой…
Ночной разговор
Вадим застал Валю рыдающей на лавочке у подъезда. В руке у неё была отсыревшая от слёз сигарета, и Валя, захлёбываясь то ли слезами, то ли табачным дымом, надсадно кашляла в мокрые ладони.
— Ты что — теперь куришь? — справедливо возмутился Вадим.
— Я пла′чу, — правильно расставила акценты жена.
— И по какому поводу праздник? — поинтересовался он, — Что у тебя ещё глобального случилось?
— Я была на собрании в школе. Классная сказала, что пробные экзамены по ЕГЭ завалил буквально весь класс. И это притом, что у них у всех очень хорошие знания по предметам!
— Значит, плохие знания, — резонно возразил Вадим.
— Слушай, ты не понимаешь, — вступилась за сына Валя, — Знания у них хорошие, они тест сдать не могут. Учителя их учат-учат, а всё без толку.
— Значит, не тому учат! — аккуратно захлопнул дверцу припаркованной машины Вадим, — Перед школьниками теперь какая задача поставлена? Сдать тест! Вот и учить их надо не каким-то там знаниям, а как сдать тест! Ты разницу чувствуешь?
— Чувствую, — согласилась Валя, — И именно эта разница меня не устраивает.
— Тебя вообще много чего не устраивает! Нашла себе новый повод лишь бы ничего не делать. Хочешь помочь сыну — объясни ему, в чём его задача.
— Именно это я и делаю, — возразила Валя, — И именно поэтому он сейчас в этом идиотизме ничего не понимает.
— Это ты ничего не понимаешь или не хочешь понимать, — резюмировал муж, — Иди лучше ужин готовь, наверняка дома шаром покати, — и он потряс перед её лицом пакетом с продуктами.