Таня слушала вполуха.
— Слушай, тебе что, трудно их облить из ведра? — наконец возмутился Миша.
— Миш, я оболью, — пообещала Таня, — В субботу.
— Почему не сегодня?
— Я сегодня поздно приду, ты же сам меня загрузил документами.
— Иди домой, — тут же отреагировал генеральный.
— Миш, в субботу…
В понедельник с утра Миша подошёл к ней.
— Обливала?
— Миша, мы в кино пошли, а потом в гости к бабушке. Знаешь, как это для детей важно? — и Таня сделала виноватое лицо.
2
В пятницу был корпоратив. В компании с Мишей Таня заметила нового человека. То ли его знакомый, то ли партнёр. Вряд ли сотрудник, всех сотрудников Таня обычно набирает сама, и Миша бы не стал никого приглашать без её совета. Красивый: высокий и широкоплечий, аристократические манеры, тёмные глаза — Таня смогла рассмотреть их издали, потому что время от времени мужчина внимательно смотрел в её сторону.
Миша подошёл и показал рукой на незнакомца:
— Таня, это Альберт.
Тот галантно поклонился ей издалека.
— Таня, он тебе позвонит.
— Пусть звонит, — улыбнулась Таня, — Симпатичный.
— Таня, — повысил голос Миша, — Это не то, что ты думаешь! И ещё, запомни, пожалуйста. Пожалуйста, запомни: всё что он скажет или сделает — это тебе во благо. Ты запомнила?
— Что-то ты темнишь, — она кокетливо-подозрительно прищурила глаз, — Да пусть звонит.
Альберт позвонил. А потом ещё и ещё. Низкий густой баритон с мягко-властными интонациями не давал возможности повесить трубку первой, и Таня говорила с ним часами. Что ему было нужно, оставалось для неё загадкой. Никуда не приглашал, не просил о встрече, не флиртовал, не рассказывал о себе. День за днём Альберт говорил и говорил только о Тане. Точнее, о ней и детях.
— Как вы лечите детей от астмы? — спросил он как-то раз. Таня рассказала про процедуры и таблетки, а потом вспомнила про Мишин совет с обливанием и пожаловалась на нехватку времени: там же целый курс нужен, а это каждый день месяца полтора или два.
— Сколько времени требуется, чтобы вылить ребёнку на голову ведро воды? — поинтересовался Альберт.
— Ну, это надо сначала освободить ванну… — начала было Таня.
— Сколько времени требуется, чтобы вылить ребёнку на голову ведро воды? — ещё раз поинтересовался Альберт, медленно и отчётливо артикулируя каждое слово.
Миша не зря ценил её как очень толковую сотрудницу.
— Вылить — секунд пять-шесть, — оценивающе ответила Таня.
Альберт повесил трубку.
3
На следующий день, идя на работу, Таня заметила Альберта у самых дверей офиса. В руках у него было ведро. Таня с любопытством взглянула на его ношу.
Альберт поднял ведро над Таниной головой, и её с ног до головы окатила волна холодной воды. После этого развернулся и, гремя пустой тарой, направился в сторону метро. Охранник схватился за сердце.
Она смутно помнит, как прошла мимо секретарши, и как Миша спрятался в свой кабинет, завидев её в коридоре, и как оборачивались вслед коллеги, и как ей принесли фен и обогреватель — высушить обувь.
Вечером Миша читал ей лекцию:
— Ты знаешь, сколько Берту ехать до нашего офиса? Полтора часа! И полтора часа обратно. Да ещё с ведром. А ты не можешь найти для детей пару минут!
Детей Таня облила в тот же день, но для выздоровления этого оказалось мало. Миша находил всё новые и новые методы лечения, Альберт призывал разозлиться.
— Вы копите в себе обиды и гнев, не даёте эмоциям свободно выходить наружу, — настойчиво объяснял ей Альберт, — Вам нужно прокричаться, выплеснуть из себя негатив.
Таня ничего выплёскивать не собиралась.
— Если я это выплесну — мир утонет, — отшучивалась она.
— А если не выплеснете — утонете вы сама! — заявлял Альберт. Пару раз Таня покричала у себя на кухне, закрыв форточки и включив погромче радио, но всё это было несерьёзно.
4
А в сентябре произошло странное.
Миша вызвал Таню к себе в кабинет и, пряча глаза, велел срочно переделать кадровую документацию за три последних года: там не хватало оттисков с корпоративной символикой. Таня раскрыла рот от удивления: это же мелочи, ни одна комиссия не будет к этому придираться! Но Миша был твёрд:
— Позвони домой и скажи, что придёшь сегодня поздно. Очень поздно!
Вечером, когда все уже давно ушли, Таня сидела за стеклянными дверями своего кабинета и, обозревая пустой офис, вполголоса ругала Мишу, на чём свет стоит.