— Очень просто: знала, в какой гостинице живете, слышала ваши фамилии. Справочная тут же дала ваш телефон. Так вот, мне показалось, что вы бы с удовольствием побывали еще на одной экскурсии — по литературным местам. Поймите меня правильно: в прошлый раз я что-то не в форме была, скомкала половину. А мне не хотелось бы, чтобы вы увезли недостаточно полное впечатление о городе, который так знаете и любите…
— О городе или о вас?
— И обо мне тоже… — понизила голос Маша. Они договорились созвониться завтра, когда Павел узнает, смогут ли все члены комиссии поехать. Попрощались, он с сожалением опустил трубку и отключил телефон.
— У вас каждый вечер так? Много звонков, я имею в виду, — открывая дверь, спросила Вера.
— Пока не знаю. Прошлый вечер, кажется, мы провели в театре?
— Кажется. Спокойной ночи, Павел Васильич. Душевно мы посидели. За угощение спасибочко. Не провожайте, что вы, еще увидят — в женском коллективе все такие зоркие…
На лице ее было сожалеющее выражение. «Похоже, она неправильно истолковала эти женские звонки», — подумал Павел.
7
Утром его разбудил вежливый, но настойчивый стук в дверь. Поспешно одевшись, Павел взглянул на часы: 8.30. Ивашнев еще не возвращался. Отворив, Стольников увидел незнакомого лысоватого мужчину невысокого роста, в очках с затемненными стеклами и с импортным «кейсом» в руке.
— Иван Герасимович, приношу свои извинения за столь раннее вторжение, — начал незнакомец. — Но вынужден покорнейше просить принять меня по делу. Позвольте представиться: Самсон Ардалионович Кошкин — такая, знаете ли, несусветная фантазия была у родителей, что даже неудобно выговаривать.
— Стольников, Павел Васильевич. Я смогу заменить вам Ивана Герасимовича? Тогда входите и подождите минутку в гостиной, пока я приведу себя в порядок — вы подняли меня с постели.
— Тысяча извинений! Я бы не рискнул, но дежурная по этажу сказала, что обычно вы уезжаете в девять… боялся не застать.
«Странная речь, — отметил Павел. — Ему бы «да-с» и «что-с» говорить. И что-то лакейское проглядывает». Надев служебный костюм, он включил электросамовар — ясно было, что не успеет позавтракать в гостиничном кафе или буфете.
— Павел Васильевич, я директор ресторана «Турист», где вчера произошло досадное недоразумение, — стоя, несмотря на просьбы Стольникова присесть, начал Кошкин. — Вас и товарища Ивашнева обслуживал пьяный официант, как мне доложил Виктор Артемович. Разрешите еще раз принести вам наши извинения за испорченный вечер и доложить работникам министерства, что официант Горлов с сегодняшнего числа уволен за появление в нетрезвом виде на рабочем месте по соответствующей статье КЗОТа. Вот копия моего приказа. Сегодня же проведем собрание коллектива — обсудим ЧП.
— Да-a, товарищ Кошкин, — веско начал Павел. — Прямо сказать, вчера мы были неприятно поражены. Ведь по новому положению чаевые — пять процентов от суммы заказа — автоматически включаются в счет. Пять, но не сто тридцать же!
— Павел Васильевич, все мы единодушны: это вопиющее нарушение! Я объявил замечание и заведующему производством. Виктор Артемович вчера не совсем разобрался, уверяя, будто Горлов предъявил вам чужой счет. Что поделаешь, он у нас ветеран производства, честь мундира отстаивал. Но здесь дело принципа: мы уже не первый раз замечаем, что этот официант нечист на руку. Сожалею, что завпроизводством не догадался вызвать меня — я находился на рабочем месте до 24 часов. Работа такая, знаете ли, прихожу первым, ухожу последним…
В номер вошел Ивашнев, официально и деловито поздоровался. Директор ресторана торопливо повторил ему все уже сказанное. Иван пристально посмотрел на него — Кошкин отвел глаза.
— Вы что-то еще хотите сказать, спросить? — поинтересовался Павел.
— Я… Мы…
— Вы готовы любой ценой сгладить наши впечатления о ресторане «Турист».
— Да! — воскликнул директор. — И просим еще раз посетить наш ресторан, не предупреждая об этом. Вы убедитесь, что коллектив состоит не из одних Горловых.
— Товарищ Кошкин, будем считать инцидент исчерпанным, — быстро заговорил Ивашнев. — Мы люди командированные, надо же иногда где-нибудь ужинать. Вот и завернули к вам. Новых визитов, не обессудьте, не обещаем. Меры вы приняли правильные, копию приказа прошу оставить. И должен официально заявить: ревизия вашего предприятия общественного питания в наши планы не входит. Вы ведь это хотели узнать?