- Мадонна, Мадонна, Мадонна...
Молоденькая девушка подошла к Сене и, встав на колени, поцеловала ее руку. За девчушкой все выстроились в очередь и пока прихожане не произвели свой обряд, Есения не смогла сделать ни шагу в сторону. Она ровным счетом ничего не понимала в происходящем, но оттолкнуть людей от себя тоже не могла. Как только появилась возможность, Сеня набросила капюшон куртки и ушла из удивительного места.
Дальше был небольшой фуршет в ее честь с незнакомыми людьми в тихом кафе, подарки и фото. Потом кто-то пополнил ей счет и позвонила «пропажа», сделав вид, что ничего особенного не произошло. «Да, ты ожидала меня увидеть утром? Ну, не всегда ожидания соотносятся с реальностью. У меня срочные дела в Лондоне, ничего личного.»
Потом была еще одна небольшая прогулка по Парижу - ну не могда она хоть краем глаза не взглянуть на резиденцию современных масонов! Музей был простоват и ничего особенного из себя не представлял, однако особая атмосфера там имелась и даже в один момент ей показалось, что она увидела Алекса! Хотя, как такое может быть, если он сказал, что сейчас в Лондоне. Померещилось под влиянием всяких мистических историй!
Ну и долгий день закончился перелетом домой, в безрадостную съемную квартирку. Однако никакая грусть теперь не могла коснуться ее сердца, ведь там навсегда поселились веселые огни Парижа...
Глава 33. Распутывая сети.
- Я хотел встретиться с тобой и поговорить... - Есения немигающим взглядом смотрела на бывшего мужа. На столике все той же «Губернии» стояли две чашки капучино. Почему она раньше не понимала, что мужчина, пьющий капучино - не ее вариант? Ее типаж пьет эспрессо. Ну, в крайнем случае, американо. Но не кофе со взбитой молочной пенкой. Тонкой белой линией капучино остался на верхней губе Виктора Барашкина. Выглядел он полнейшим идиотом. Красный, вспотевший детина с бегающими глазками и пенкой вокруг рта. Когда-то эта гора мышц представлялась ей каменной стеной, за которой ей будет легко и спокойно. Но оказалось, что форма не всегда соответствует содержанию.
Он мялся и не мог выдавить из себя и слова. Благо, мартовский день выдался на диво пригожим и ей нужно было немного вырваться из суеты ремонта собственной двухкомнатной сталинки в самом центре города. Даже на такое не совсем приятное мероприятие.
- Ты оставила мою фамилию? - Виктор пытался взять себя в руки.
- Нет, Барашкин. Твоя фамилия навсегда останется с тобой. - Грубовато ответила Есения.
- Да нет, я был бы не против, если что. Мама сказала, что не будет возмущаться по этому поводу. Все же наша фамилия уже раскручена и тебе было бы проще устроиться на работу с нашими связями. - Тихо мямлил под нос чужие слова Виктор.
- Витя, ваши связи мне совсем не интересны. Точно так же как и вы. Ты об этом хотел поговорить? - Смеловская начала раздражаться. Господи, как она не замечала раньше этого высокомерного тона? Как она раньше не замечала того, что он никогда не говорил то, что думал сам? Надо взять себя в руки, иначе не встреча будет, а скандал. Пусть прошлое остается в прошлом.
- Извини, я не это имел ввиду. Я... нет, я хотел встретиться, чтобы... чтобы сказать тебе... Прости. Мне правда жаль, что так все вышло. Мама говорит, что готова выплатить тебе любую компенсацию, которую ты скажешь. Любую, слышишь! - Быстро пролепетал тот.
Сеня в шоке смотрела на Барашкина. Ей даже на секунду показалось, что от него воняет, как от бомжа. Но это в принципе было невозможно, она знала, насколько тот чистоплотен. Смеловская автоматически прикрыла нос правой рукой.
- А, извини, я сразу не поняла. Твоя семейка переживает, что я подам в суд на раздел имущества? О, и машина, и квартира были куплены в браке. Да, действительно страшно-то. Вдруг, ей взбредет в голову судиться... И на какую компенсацию согласна твоя обожаемая маман? - откровенно издевалась Сеня.
- Старый мерседес. - Неуверенно презентовал откат Барашкин.
- Дешевенько... А почему не новый? Ты знаешь, хочу новый. Страсть как люблю нашу новенькую машинку... - Нарочито-капризным тоном продолжала Сеня.
- Хм... Хорошо. Только подпишешь отказ от претензий. - С облегченным вздохом сказал Виктор.
- Нет, знаешь. Я передумала. Отдавайте квартиру. Я считаю, что моральный ущерб от нашего брака можно компенсировать только 5-комнатным пентхаузом. И так сразу мне станет легче. И я все забуду. - Изображала надутые губки Смеловская.
- Я не могу. Ты же знаешь, квартира моя. - Не раскусив игру бывшей, Барашкин стал пунцовым и с выпученными глазами доказывал свою правоту. - Родители покупали ее мне и только технически документы были оформлены после свадьбы. Нет, ты не имеешь на это никакого права! - Истерично выкрикивал тот.