— Привет, Лиз, — он подмигнул администратору, высокой блондинке с идеальной укладкой. — Моя подруга нуждается в полном апгрейде. Волосы, ногти, макияж — всё по высшему разряду. И, главное, не дайте ей сбежать.
Лиза хихикнула, оглядывая меня с профессиональным интересом.
— Не переживай, Максим, мы сделаем из неё принцессу. — Она повернулась ко мне. — Пойдёмте, начнём с волос.
Я бросила на Макса взгляд, полный притворной угрозы, но он только развёл руками, мол, «я же говорил». Меня усадили в мягкое кресло перед огромным зеркалом, и тут началось волшебство. Парикмахер, парень с татуировками на руках и улыбкой рок-звезды, представился как Дима.
Пока он колдовал над моими волосами, я украдкой поглядывала на Макса, который устроился в зоне ожидания с журналом и чашкой кофе. Он выглядел до абсурда расслабленным, будто каждый день возил девушек по салонам красоты. «Кто ты вообще такой, Макс?» — пронеслось в голове. Его внедорожник, дорогая одежда, эта уверенность — всё это не вязалось с образом шумного соседа, который вечно таскает пиво и удирает от своих девиц.
Через час мои волосы преобразились: лёгкие волны спадали на плечи, цвет стал насыщеннее, с мягкими карамельными прядями, которые ловили свет. Я не могла оторвать взгляд от зеркала.
Маникюр делала девушка по имени Маша — миниатюрная, с ярко-розовыми волосами и скоростью работы, достойной Формулы-1. Она предложила классический френч с лёгким перламутровым акцентом, и я согласилась, решив, что это идеально подойдёт к моему новому платью.
— Он часто сюда ходит? — спросила я Машу, кивая в сторону Макса, который теперь болтал с Лизой, вызывая у той приступы смеха.
— Максим? О, да, он у нас завсегдатай, — хихикнула она. — Обычно приводит своих… подружек. Но ты, похоже, особенная. Он впервые так суетится.
Я закатила глаза, но внутри что-то ёкнуло. Особенная? Да ладно, он просто выполняет наш дурацкий договор.
Последним этапом был макияж. Визажистка Катя (да, ещё одна Катя, Питер явно переполнен нами) оказалась настоящей художницей. Она подчеркнула мои глаза smoky eyes в тёплых тонах, добавила лёгкий румянец и нанесла помаду цвета спелой вишни, но я тут же попросила ее убрать (если Николай меня снова поцелует, будет еще тот спектакль), но Макс сделать этого не позволил.
— Ты хоть понимаешь, если придется целоваться... – прошипела я.
— Тогда не целуйся – повторил тем же тоном.
***
Вернувшись домой, я бросила пакеты на кровать и вытащила платье — чёрное, с мягким V-образным вырезом, слегка приоткрывающим грудь, и подолом чуть выше колен. Оно обтягивало фигуру, но не кричало, а шептало о сдержанной элегантности. Я надела чёрные батильоны на шпильке, добавив пару сантиметров роста и уверенности.
— Макс, помоги! — крикнула я, стоя перед зеркалом и пытаясь дотянуться до молнии на спине.
Он вошёл. Его пальцы скользнули по молнии, медленно застёгивая её. Я почувствовала, как они задержались на моих плечах чуть дольше, чем нужно, — тёплые, чуть шершавые. По коже пробежали мурашки, но я тут же одёрнула себя.
Макс отступил и присвистнул.
— Ну вот, соседка, готова. Доктор умрет.
Я закатила глаза, но сердце бешено колотилось. В этот момент раздался звонок в дверь.
— Он пришёл, — прошептала я, чувствуя, как бабочки в животе устраивают вечеринку.
Макс кивнул, прислонившись к стене у входной двери, скрестив руки.
Я схватила новое пальто, накинула его и потянулась к ручке. Макс вдруг остановил меня, положив руку на запястье.
— Помни: не целоваться, — сказал он, прищурившись.
Я фыркнула, выдергивая руку, и снова потянулась к двери. Он опять остановил меня.а потом, с этой своей наглой ухмылкой, шлёпнул меня по заднице.
— Подожди – и шлепнул меня по заднице - Теперь открывай.
— Придурок, — прошипела, чувствуя, как щёки горят.
Распахнула дверь, стараясь не думать о Максе, который всё ещё стоял справа, и приготовилась встретить Николая.
Глава десятая
— Выглядишь потрясающе, — сказал Николай, открывая дверцу машины.
— Спасибо, — улыбнулась я, чувствуя тепло на щеках.
«Соберись, Волкова, это не первое свидание в твоей жизни».
Ресторан на набережной Невы был словно из моих романов: приглушённый свет, белые скатерти, свечи на столах. За окном река отражала огни города, создавая идеальную атмосферу. Николай выбрал столик у окна, и я подумала: «Лана, ты явно постаралась».