Тогда я показал ей вырезку из журнала.
— Кто остальные туристы?
Она внимательно посмотрела на столпившихся вокруг князя Кирилла людей во время его посещения хижины «Кума» и решительно ответила:
— Кроме Норы, не знаю никого.
— А что за история с деньгами аптекаря Ванкова?
— Он утверждает, что я должна ему фантастическую сумму. У меня такое чувство, что этот человек не только хулиган, но еще и душевнобольной.
— Это диагноз, поставленный профессором?
— И его, и мой, и… Норы тоже. Он упорно требовал у нас какие-то деньги.
— Просто вообразил, что имеет возможность сорвать куш, и все?
— Но это… это просто неприлично с его стороны!
— Видите ли, гражданка Янкова! — вставая из-за стола и нервничая, сказал я. — Почему вы так упорно избегаете слова «бриллиант»? Уж не думаете ли вы, что перед вами ребенок, который играет в песочнице? Расскажите лучше о бриллиантах их превосходительства или царского высочества, о всех злоключениях сокровищ! Могу вам дать гарантию и честное слово, что об этом я вас спрашиваю не ради праздного любопытства, а ради интересов нашего государства!
— Значит, вы… запугиваете меня? — удивленно спросила она, покрываясь красными пятнами.
— Да. Представьте себе на секунду, что моя настойчивость узнать то, что нужно, облечена далеко не в джентльменскую форму! Итак, продолжим разговор о бриллианте Ванкова, о бриллиантах профессора Шуманова и, наконец, о коллекции князя! — возвращаясь на свое место, сказал я, одновременно рассуждая, что на этот раз достаточно убедительно раскрыл перед ней свои карты.
— Не знаю, поверите ли вы мне, что за всю свою жизнь я не видела настоящего бриллианта?! — сквозь слезы ответила она. — И то, что знаю, слышала от людей!
— Кирилл, после того как натешился обольщенной девушкой, сам отвез ее к родителям или она самостоятельно вернулась в свой дом?
— Я уже вам говорила и теперь повторю: девушка жила у нас, но с князем встречалась в другом месте. Он брал ее в машину, а куда уезжали — не знаю. А по поводу вашего вопроса думаю, что отец сам обнаружил ее и забрал домой.
— Думаете? Что можете сказать о скандале, учиненном в вашем присутствии отцу Норы Ванковым, требовавшим деньги за свой бриллиант?
— Это было! — проговорила виновато Янкова. — И все-таки кто обворовал брата Шуманова?
— Не знаю. Но профессор не давал мне денег для передачи Ванкову.
— И вы допускаете, что профессор мог обмануть своего брата?
— Ни в коем случае. Он был честнейшим человеком.
— Но здесь дело касалось очень большой суммы.
— Все равно, в это я не верю.
— Тогда остается Нора, если вы и профессор исключаетесь?
— Я уже говорила, что не имела возможности узнать девушку получше. Не думаю, что через нее профессор мог передать долг, ведь она скрывалась от своего отца и от полиции.
— Да, но Шуманов обещал передать деньги именно через Нору!
— В тот момент он, может быть, хорошо не подумал, а потом сообразил и переменил свое решение, опасаясь навредить князю, если девушка выйдет из нашего дома.
— В конце концов вы допускаете, что деньги были переданы через кого-то?
— Да, считаю, что если была заключена такая сделка, то господин Шуманов обязательно через кого-то отправил деньги.
— Может быть, через князя?
— Да что вы говорите?! Его царское высочество в роли курьера? О, вы его мало знаете! Он очень не любил общаться с простыми смертными. Исключаю, что профессор передал их лично! Ума не приложу! Получается, что деньги были переданы, но никак не соображу через кого! Понимаю очень хорошо, что вы не можете поверить мне, доверенному лицу Шуманова, что мне не известна такая мелочь, но такова истина. Согласитесь, что выдумывать что-либо я просто не могу.
— Выдумывать не нужно, необходимо только вспомнить те обстоятельства, которые помогут нам выявить посланца Шуманова, обязанного доставить большую сумму по назначению. Вот что требуется.
— Остается… дядя Мирчо! — вдруг догадалась она. — Да, да, иногда профессор пользовался его услугами, посылал его по разным адресам. Не исключено, что и в тот момент он прибег к его услугам!..
Слуга профессора был немедленно доставлен. Он в действительности оказался совершенно глухим. Не помогли ни написанные крупными буквами вопросы, предложенные ему, ни громкий голос. Старик или прикидывался, или действительно был неграмотным. Допрос решили прекратить, поняв, что таким путем мы не добьемся ничего.
— Вы пытаетесь найти сокровище аналитическим путем! — упрекнул нас полковник Стаменов. — Вместо того чтобы вести разведку, закрываетесь в кабинетах и ведете допросы.