Из коридора донесся стук двух пар мужских ног: одна — чеканила почти строевой шаг, так мог идти только бывший учитель физкультуры старшина Васильчев, другая — ступала бесшумно, но с надеждой, чтобы все кончилось как можно быстрее.
— Гражданин Маринкин, товарищ капитан, — доложил приятным тенором Васильчев. Четко отдал честь и вышел. Мне было известно, что этот мужчина с фигурой штангиста занимается коллекционированием различного рода казенных словечек.
— Садитесь, Маринкин. Чем можем быть вам полезны?
— Думаю, что могу вам оказать помощь. За этим и приехал.
— Курите?
— Только когда нервничаю.
— Рад, что сейчас спокойны.
— Я много думал, товарищ следователь, всю ночь не мог уснуть. Решил, что нужно во всем признаться. Я вас обманул, что ездил в Бухарест. И адрес, который вам сообщил, фиктивный. В действительности я получил путевку от комсомольской организации, вместе со всеми сел в автобус, но в Русе прикинулся больным и, сославшись на запах бензина, который действительно проникал в салон автобуса, прервал свое путешествие. Меня отправили в больницу. Врачи осмотрели меня, объяснив плохое самочувствие переутомлением. Однако в больнице не оказалось свободных мест, и врачи рекомендовали мне отправиться домой и отдохнуть. Все это совпало с подготовленным мною планом. Я, не медля ни минуты, сел в такси и поздно вечером прибыл в Пловдив. Там за тридцатку нанял частника, который доставил меня в Бараки. Остановились мы в нижнем конце. Сказав шоферу, что у меня свидание с замужней женщиной, я попросил его подождать и никому не говорить о моей поездке. На самом деле отправился в магазин, взял деньги, а уходя, бросил камень в окно, инсценировав кражу со взломом. С этим же частником возвратился в Пловдив, а оттуда на такси прибыл снова в Русе. Дождался автобуса «Балкантурист» и, как ни в чем не бывало, приехал вместе с группой домой.
— Для чего вам понадобилось столько денег?
— У меня в Русе любимая. Больше года работала у нас маркировщицей, потом ее отец, заплатив кому нужно, добился перевода дочери в Русе. Зовут ее Рилка. Можете проверить. Десять дней назад она написала мне, что выходит замуж за сотрудника Управления речного флота, у которого свой дом, автомобиль, и собирается отправиться с ним в свадебное путешествие по Дунаю. Это письмо я воспринял как ультиматум и решил, что непременно должен опередить этого речника… Мне были нужны деньги, хотя бы на время. Много нужно было денег… чтобы блеснуть… уговорить выйти за меня, а уж потом вместе накопить и возместить в кассе взятую сумму.
— Ну так вы женились на ней?
— Она пока колеблется. А я решил подождать и вернулся сюда. Хотел положить деньги на место, в коробку из-под телевизора, и заявить, что окно в магазине кто-то разбил случайно. Однако магазин оказался уже опечатанным… Целую ночь я размышлял и решил, что лучший выход в данном случае — пойти к вам и признаться во всем.
— Почему не взяли деньги с собой, когда отправились в первый раз в Русе?
— Потому что хорошая мысль болгарину приходит с запозданием… Додумался до этого только в пути и поэтому вышел из автобуса…
— Чем вы открыли замок в магазине?
— Своим ключом.
— Когда вы разбили окно: находясь в магазине или после того как вышли?
— Снаружи, естественно, чтобы изобразить, что влез через окно.
— Вы курите?
— Я же сказал, что только когда нервничаю…
— А тогда курили?
— Да, мне очень хотелось, но некогда было… Так вот. Думаю, что, согласно гуманным законам нашей народной власти, за добровольное признание наказание будет снижено? Я, признаюсь, виноват, виноват только я. Сильно виноват. Посягнул на народные деньги, заметая следы преступления на частной машине и на такси… Судите меня… Готов понести любое наказание, хотя очень надеюсь, что оно будет снижено, учитывая мое чистосердечное признание…
— Вы действительно виноваты. Ваша вина не так велика, но наказуема. Ваш добровольный приход и признание, которое вы сделали, будут обязательно учтены. Но пока мы вас не задерживаем.
Продавца увели, а я почувствовала омерзительное удовольствие.
— Видите, моя версия в действительности оказывается правильной. Недаром в свое время занималась немного изучением психологии.
Калинчев, не скрывая, зевнул. Затем с кислой гримасой долго стучал сигаретой по ногтю большого пальца, как в детективных фильмах.
— Ваша версия целиком ошибочна. Этот парень лжет… нахально и целенаправленно… с оскорбительной наглостью. Он рассчитывает на нашу сентиментальность перед раскаянием самозваного блудного сына. Это фальшивый след, на который нас настойчиво направляют… Однако он имеет связь с истинным преступником. Да, имеет! Иначе я бы не занимался его тремястами левами, истраченными на такси… История кажется очень примитивной… Ее расследованием следовало бы заняться новичкам из кружка «Молодой разведчик»… К сожалению, за ней скрываются вещи, которые я скорее чувствую, чем точно знаю… Вы знаете правду, не так ли?