— Я больше не собираюсь помогать Гинтрейме в сокрытии тебя, — прозвучало решительно от Тесхвы. Решительно и тяжело. — Само твое существование... А-а, нет-нет-нет! — резко сам себя перебил и панически забормотал он.
Свободную руку неожиданно схватили, и растерявшегося И Соа потащили вверх по ступенькам. Тесхва недовольно зашипел:
— Быстрее! Пока тебя никто не заметил.
Юноша, старательно перебирая ногами, взбежал вместе с Тесхвой. Тот задребезжал чем-то, — ключами? — продолжая бормотать себе под нос нелицеприятные вещи в сторону И Соа, и, как только дверь распахнулась, утянул его внутрь. В помещении И Соа сразу нащупал стену и встал подле нее. Небожитель с грохотом захлопнул дверь.
— Так, — тяжело дыша, произнес Тесхва. — Рассветает, люди выходят на улицу. Я не собираюсь потом отчитываться, почему меня видели с тобой! Хотя... Перед кем мне отчитываться?..
В библиотеке воцарилась тишина, за исключением продолжавшего что-то ворчать Тесхвы. Кроме них двоих никого в здании, по всей видимости, не находилось.
— Нужно срочно позвать Гинтрейме, — в панике говорил небожитель. — Нужно ее позвать, я не хочу разбираться в этом сам.
— А где она сейчас? — невольно поинтересовался И Соа.
— Где? — язвительно протянул Тесхва в ответ. — Тебя ищет, где ж еще!
Юноша поднял голову на небожителя.
— Скажи мне, где она.
— Сказать? Тебе?! — в возмущении ответил Тесхва. — Ты не приносишь ей ничего, кроме головной боли. После всего того, что я тебе сказал, ты все равно не понимаешь, что перво-наперво, что тебе нужно сделать прямо сейчас — это свалить подальше от Гинтрейме!
Потерев в небольшом раздражении переносицу, И Соа произнес:
— Я...
— Ты! — тут же подхватил Тесхва. — Эгоист! Ты, должно быть, рожден был демоном с самого начала, иначе не представляю, отчего ты не можешь думать о ком-то, кроме себя.
— Что изменится, от того, что я расскажу ей о ее человеческой жизни?! — взорвался И Соа и выкрикнул. Он, сам того не осознавая, тяжело дышал, и не мог контролировать даже выражение на своем лице. — Что с Гинтрейме станет, если она поймет, что у нее была любящая мать, брат, племянник, и что все они уже давно мертвы? Я не хочу снова и снова выслушивать ее извинения, как и четыреста лет назад, о том, что она виновата в моей смерти и... — он на мгновение задохнулся, но продолжил. — И я не хочу рассказывать ей, как она пыталась помочь гребанному проклятому... Я не хочу снова это вспоминать.
Тесхва не отвечал, но сейчас И Соа ничего бы и не услышал, кроме шума в ушах. Воздух поступал в легкие с трудом, пересохшее горло неприятно саднило, и И Соа просто опустился на пол, а тяжелая голову упала на скрещенные руки. Теперь тишина в библиотеке стала абсолютной. Плотные стены не пропускали ни единого звука с улицы.
— Я не буду оспаривать твои слова, — приглушенно в конце-концов произнес И Соа. Он все еще не поднимал головы. — Но я пришел сюда, чтобы помочь Гинтрейме избавиться от благословения. Просто помоги. Или не мешай.
Рядом зашуршали.
— Ты это, — невпопад, неуверенно сказал Тесхва. — Найдем мы способ помочь, найдем. Только злись на расстоянии от меня, — затем, помолчав, добавил. — Но вся твоя речь была ужасно эгоистична.
Плитка под ногами отдавала приятной прохладой, остужая ноющее тело. И Соа мог бы просидеть так долго и сделал бы это, если не одно но. Он с сожалением снова открыл рот.
— У меня есть проблема. Тот, кто забрал меня, в любой момент может прийти сюда.
— Что?!
И Соа услышал, как небожитель подпрыгнул, подошвы его сапогов громко стукнулись о плитку пола, и затем он лихорадочно затараторил:
— Драгоценное Сердце мира , нельзя было тебе верить, я лишь на миг ослабил бдительность, а ты уже преподносишь мне новые неприятности! Я должен… Я должен скорее позвать Гинтрейме! Подожди, а что ему вообще было нужно от тебя?
Оказавшись немного сбитым с толку подобным напором, юноша туманно ответил:
— Он перепутал меня со знакомым.
— Перепутал? — фыркнул Тесхва. — Да с кем тебя вообще можно перепутать? Все, молчи, я не собираюсь больше верить ни одному твоему слову.
И Соа ничего не оставалось, кроме как пожать плечами.
Окончательно уверившись в необходимости немедленно привести Гинтрейме, Тесхва столкнулся с трудноразрешимой проблемой: куда деть проклятого? Оставлять его одного небожитель категорически отказывался, а особенно в библиотеке, где хранится множество исторических артефактов. Сердце Тесхвы обливалось кровью, стоило ему лишь представить, во что тот может превратить это место.