И Соа остался предоставленным самому себе.
***
Прошла по меньше мере декада. Дни здесь пролетали незаметно, и поначалу И Соа беспокоился, что Кейн или господин Хелансу найдет его здесь, но никто не появлялся. Это и не удивительно, ведь «открыть» зеркало смог лишь небожитель в лице Тесхвы, и кем бы ни были эти двое, до сюда им не добраться. Гинтрейме рассказала ему о Тенях, но И Соа в первый раз столкнулся с подобным и потому слабо представлял, как это работает. Все, что когда-то рассказывала ему мать, это страшилки перед сном о мире, где живут лишь тени и где очень страшно. Все.
И Соа принялся неспешно расхаживать по зданию. Первым делом он подошел к массивной двери и попытался открыть, но та ожидаемо оказалась заперта. Ключи все еще оставались у Тесхвы, но к нему И Соа обращаться не хотел, да и сомневался, что они подойдут. Затем он принялся рассматривать многочисленные раскиданные то тут, то там вещицы, свечки, склянки, инструменты, а особенное приглянувшиеся, цветную стекляшку ромбовидной формы и короткий карандаш с белым грифелем, вплетал в новые косы и заделывал их в пучок. Следом шли рисунки: на больших листах и на рваных клочках, они были развешаны и вложены заместо закладок, кривенькие, но яркие. На некоторых были изображены люди, но даже отличить мужчину от женщины, дело оказалось непростым. На одном из клочков красовался кролик, от которого исходили лучики света. Достаточно узнаваемый в отличие от всего остального.
Но затем интересности закончились и остались только книги.
Оба небожителя заняли единственные столы с креслами в библиотеке, так что И Соа пришлось искать отдельный уголок, в котором он удобно расположился, свернув плащ в подушку. Поначалу недобро настроенный, тем не менее сейчас юноша методично прочитывал книгу за книгой, и вот уже рядом аккуратной стопочкой лежали многочисленные романы. Три книженции юноша даже завязал вместе и, достав из внутреннего кармана плаща кошель Вакхалас, положил внутрь. «Кристаллы угля: Замороженные сердца в жаре страсти», «Сожженные мечты: Искры страсти в холодной реальности» и «Лавина огня: Лавирование в пылающем океане любви» являлись циклом одной истории Элеоноры Масс, в котором давно почившая писательница настойчиво продолжала сравнивать чувства с огнем и пожаром, и это юношу даже забавляло.
Не заметив промчавшегося времени, И Соа с удивлением понял, что прочитал все произведения Элеоноры за две недели. Он потянулся, хрустнув косточками в спине и плечах.
Следом пошло собрание сочинений некоего путешественника-ученого-любителя «Записки о невероятных приключениях Провеона Провериана». На первой же странице значилось: «Автор использует псевдоним во избежание недопониманий с людьми, с которыми могли произойти конфликты, а также избежания ответственности за нечаянные или намеренные преступления, совершенные автором. И вообще, все, что будет написано далее, является вымыслом, приснившемся автору после ночи, которую он провел в беспамятстве по случаю свадьбы своего друга. Поэтому некоторые личности и географические наименования могут совпадать с реальными».
И Соа, прочитав предупреждение, почувствовал некоторую симпатию к писателю и взял сразу несколько томов.
Часть повествования отводилась пьяным похождениям Провеона по различным знатным приемам или столицам провинций.
Стоя на главном рынке в центре города, я присматривал сувениры и специи. Это была моя крайняя остановка перед отправкой домой. И ничего примечательного не должно было произойти на этой многолюдной жаркой улице, если бы я не заметил кое-кого.
Мудрец Вирьер! Собственной персоной, видимо, вышел из дворца поглазеть на свой город. Давненько я его не видел. Так что я не смог упустить возможность вновь пообщаться с ним и попросить оставить положительный отзыв к моим сочинениям.
Иногда в своих приключениях писатель забредал в природные малоизученные биомы, но быстро убегал оттуда, когда ему надоедало спать на земле и питаться впроголодь. Но встречались и весьма занятные истории.
Мне было боязно, нет, по-настоящему страшно ступать на эту неизведанную территорию!
К сожалению, я вряд ли уже смогу вспомнить дорогу до этого удивительного места. Бедная, бедная моя память и бедные ноги, каждый год ищущие снова туда путь. Я уверен, что ни один человек не был в этих места, поэтому сейчас я опишу кое-что любопытное.
Вообразите: высокий, тихий, глухой лес, озаряемый янтарным солнцем, и шелест кленовой листвы ведет тебя глубже, дальше, пока ты не видишь…“это”. Не то волк, не то олень, не то иное существо, выше меня не менее чем на 10 30 метров! Все покрытое мерцающей шерстью, оно напоминало мне маленьких лесных духов, которые сновали вокруг него.