Сильно давить он не собирался: во-первых, не видел в этом особого смысла, а во-вторых… Он же не изверг, в конце концов.
Но добиться ответов ему было необходимо, и желательно как можно скорее. Вновь ждать окончания дня и заново знакомиться со всеми обитателями юноше немного надоело.
— Для начала, — произнес И Соа. — Твое имя Алиссум Кейн, ты незаконнорожденный сын и сводный брат Эри. Проживал в городе с дедушкой, но после его смерти переехал сюда. Все верно?
Тот ошарашенно кивнул, не зная, как еще реагировать на подобное.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул И Соа. — Твой друг, слуга — Дасх. Слышал, что вы знаете друг другу с детства. Немного поподробнее об этом.
— А, — выдавил Алиссум. — Откуда вы вообще?..
— Говори.
— Но…
И Соа прищурил глаза.
— Мне казалось, мы с тобой договорились.
— Б-безусловно! — поднял руку перед собой парень, будто собираясь защищаться. — Но для чего вам понадобился Дасх?..
Недовольно потерев переносицу, юноша ткнул пальцем в грудь своего подопечного, ощутимо, но безболезненно надавив.
— Хорошо, давай начнем с начала. С того, что я о тебе знаю. — Палец переместился на лоб и несильно указующе постучал. — А знаю то, что скоро отсюда пропадут твои драгоценные воспоминания: и о Дасхе, и об Эри, и о дедушке. А также то, что после тебя твари наверняка нацелятся на родственников. Стоит ли мне сообщить об этом твоим тетушкам?
— Нет! — моментально выпалил враз побледневший парень, судорожно задышав. — Уже скоро… уже завтра меня вылечит! Кое-кто… Он должен завтра приехать, я не могу сказать вам…
Несмотря на хитрые глаза, серьезное выражение лица И Соа не трогала даже тень улыбки.
— Тогда будь добр, ответь: кто такой Дасх?
Алиссум опустил взгляд и тихо пробормотал:
— Не знаю, почему вы к нему прицепились, но… он просто мой друг.
Они познакомились в день, когда с неба падал снег. Когда высокие сугробы загораживали горизонт, грубый ветер гонял снежинки, а крытая повозка с пожилым извозчиком медленно и неспешно катила по дороге.
На тот момент парню было не больше семи лет, он ехал в этой повозке со своим дедушкой, уважаемым фармацевтом Табером Клаоном. Они возвращались с соседнего городка, в котором мужчина навещал старого знакомого и покупал лечебные травы и крепкие настойки, и всю дорогу маленький Алиссум скучающе смотрел в окно. Многие родители позавидовали бы такому спокойному и тихому дитя, но его скандальное рождение стало настоящим проклятием для семьи. Это проклятие научило его молчать и не привлекать лишнего внимания.
Но на самом деле все было не так плохо. В конце концов, хоть и незаконнорожденный, но он являлся единственным наследником.
Затем родилась Эризабет и все резко осложнилось. А вскоре супруги Клаон скоропостижно скончались в нелепом лодочном путешествии и после этого дедушка окончательно взял мальчика под опеку. Мужчина часто брал его с собой в поездки, чтобы не оставлять одного, и понемногу учил своему ремеслу. Поэтому на коленках мальчика сейчас лежал раскрытый атлас по ботанике, в котором он рассматривал рисунки.
Дедушка Табер похрапывал напротив.
Алиссум повернул голову обратно на замерзшее окно. Снаружи стих ветер, но взамен с неба начал падать крупными хлопьями снег. Осознав это, мальчик вздохнул: дороги быстро заметет.
Снежинки кружились в своем плавном неизменном ритме, и чем дольше Алиссум наблюдал, тем сильнее его начинало клонить в сон. Он прислонился виском к деревянной ставне. Несмотря на особенности его рождения и нынешние условия, жизнь… вяло протекала мимо него, медленно вгоняя в уныние, как и снегопад в сон.
Но неожиданно его черные глаза широко распахнулись. Он крикнул, разбудив мужчину, и застучал по стенке позади себя, чтобы извозчик остановился. Как только это произошло, Алиссум распахнул дверцу и кубарем вывалился в свежий снег. Дедушка, придерживая покосившеюся шляпу, выглянул следом, все еще ничего не понимая и окликнул Алиссума. Но тот лишь вскричал через плечо что-то невразумительное: “Там!.. Там было!..” и побежал вперед. Мужчина заворчал и медленно начал спускаться по ступеням следом, кутаясь в теплый плащ.
Мальчик же бежал вперед, к рыхлым сугробам. Они высились вокруг него массивными холмами и он с трудом перебирал ногами, запинаясь. Когда он добежал до, казалось бы, одного из точно таких же сугробов-близнецов, то упал на колени и принялся разгребать свежий снег. Стоило ему убрать первый слой, как стало ясно: под снегом лежала посиневшая от холода девочка. Алиссум уставился на нее. Он в панике дернулся было дотронуться, проверить, жива ли, но замер истуканом: кожа выглядела почти прозрачной. Казалось, если коснуться ее, то она тут же рассыплется. Однако девочка дышала, челюсть чуть заметно тряслась, а значит…