В этот момент тот приподнялся и схватил его за ворот, притянув к себе и заставив Алиссума согнуться. Дасх зло проскрежетал ему прямо в лицо:
— Мелкий гаденыш! Ты намеренно назвал лишь имя? Если бы ты сразу дал понять, что вы Клаоны, я бы молчал! — он с силой, сколько у него было в ослабевших руках, оттолкнул Алиссума. — Хочешь, чтобы я у тебя в долгу теперь был? Не дождешься, передо мной можешь не притворяться.
Речь Дасха больше напоминала змеиное шипение, чем человеческую речь, столько ненависти и желчи в ней было. Алиссум испугался.
— Н-нет, послушай… Я не… — мальчик понизил голос донельзя, а дышать стало тяжело. Он не любил, когда заходила об этом тема. — Я не из Клаонов.
— Что? — разинул рот Дасх. — Старик же тебя молодым господином назвал. Тогда какой благородной семье ты принадлежишь?
Лицо Алиссума приняло несчастное выражение. Пухлые щеки покраснели.
— Я из Кейнов. Но это не благородная семья. Отец родом из обычных, а я… наполовину.
— А-а, — понятливо протянул Дасх. — Так вот ты чего какой пришибленный.
Было видно, что он не поверил.
Мальчик прикусил щеку с внутренней стороны, чтобы неожиданный порыв заплакать не проявил себя, но промолчал. Он сжался, став напоминать побитого щенка.
Увидев это, Дасх уставился на него, как на нечто несуразное.
— Ты чего, малявка? Серьезно, ничего не скажешь? — на обиженное сопение он хлопнул ладонью себя по лбу. — Вот ведь… Недоразумение ходячее, как ты живешь с таким характером? — Алиссум продолжал молчать, а глаза и нос начали стремительно краснеть. Дасх всполошился — Эй-эй, тише, тише, не ной. Сколько тебе лет?
— Семь, — выдавил из себя Алиссум.
— И правда малявка.
Тонкая рука Дасха опустилась на макушку мальчика, слабо похлопав. И, видимо, истратив все силы, парень откинулся на спинку кровати и прикрыл глаза. Дыхание снова стало тяжелым.
— Раз ты проснулся, — тихо произнес Алиссум. — Может, я принесу поесть?
Глаза Дасха тут же открылись и загорелись и он активно кивнул.
— Что ты хочешь? У нас есть…
— Что угодно, — быстро ответил Дасх, облизав губы. — Что угодно, если это можно съесть.
Затем, будто вспомнив о чем-то неприятном, закатил глаза и добавил:
— Пожалуйста.
Когда Алиссум принес тарелку с картошкой и мясом, Дасх с трудом держал себя в сознании. Парень тут же быстро запихал в себя всю еду, выпил воду, до этого стоявшую на столике рядом, и меньше чем через секунду провалился обратно в бессознательный сон. Алиссуму осталось только убрать посуду и взобраться на высокое кресло рядом с кроватью. В руках он все также держал ботанический атлас, который принялся терпеливо изучать, занимая себя до второго пробуждения больного.
Глава 17, часть 2
А потом они подружились.
— И это все? — недоверчиво переспросил И Соа.
— Ну… Да?
— Нет, — резко обрубил юноша. — С ним же невозможно находиться рядом дольше пары минут! Он ужасен!
— Что вы! Он чудесный! Мы, конечно, разные, но Дасх прекрасный друг и часто меня выручает.
Внутри И Соа что-то скукожилось: ему претила мысль, что бог Любви мог быть добр, и потому верить в сказку о неожиданной дружбе ему не хотелось.
— Что еще? Вы же не просто так решили помочь мальчишке с улицы? Или он вас вынудил? Ты не мог не заметить, что с ним что-то не так!
Подобный напор лишь заставил Алиссума вздрогнуть и растеряться сильнее. Парень определенно не понимал, что от него хочет незнакомец.
— Эй! Отошел от него! Быстро!
Резкий окрик отвлек И Соа и он быстро обернулся. К ним, бросив корзину с бельем, бежал Дасх. И лицо его выражало темную ярость.
И Соа понимал, что на этом его “допрос” окончен, с этим парнем поговорить подобным образом не получится, а к физической силе он прибегать не собирался. Юноша с раздражением выпустил смявшийся воротник; Алиссум ойкнул, не удержав равновесия. И Соа выпрямился.
— Я уже закончил. Отдаю обратно.
И Соа обошел парня и направился было прочь, но тот не дал ему этого сделать, схватив юношу за одежду, как недавно держал сам И Соа. Однако хватка Дасха оказалась невероятно крепкой. Инстинктивно дернувшись, И Соа не смог выбраться. А затем паренек, с трудом доставая макушкой до плеч юноши, со всей дури ударил его по лицу.
Удар вышел смазанным, хотя и весьма ощутимым. И Соа зашипел от тупой боли, совсем не ожидая такого поворота событий. Во рту появился железный привкус, напомнив о времени, когда он был проклятым.
Юноша не упал, но согнулся, прижимая ладонь к лицу. Он невольно усмехнулся и поднял глаза, уставившись на застывшего в оборонительной стойке Дасха.
— Лично тебе я ничего не сделал, — заметил И Соа.