Рассказывая о себе, И Соа продолжал попытки что-либо скрыть, но спокойно говорил обо всем, что могло заинтересовать небожительницу. И сказанное совершенно не вязалось с тем, что она видел в нем сейчас.
Он говорил, что люди погибали из-за него.
Он говорил, что стирал границы между правосудием и равнодушной жестокостью.
Он говорил, что навсегда покалечил небожителя.
Он говорил, что был свидетелем и виновником смерти акары.
Он говорил так много и так искренне, и все это совершенно не нравилось Гинтрейме.
— А мы? — сумела лишь выдавить из себя Гинтрейме.
— Что — мы? — устало посмотрел на нее И Соа. – Ты была богом, я был проклятым. Это все.
После этого И Соа передернул острыми плечами и обнял себя, опустив подбородок на колени. Гинтрейме замерла. Толстые стены пещеры защищал от холода, но небожительница все равно сняла верхнюю одежду и накрыла ею сидящего юношу. Тот удивленно поднял на нее голову, но Гинтрейме просто отвернулась с поджатыми губами.
Тем временем ей не давали покоя пустые глазницы И Соа. Разве, будь он демоном, смог бы кто-то оставить ему такие ранения? Она долго не решалась спросить, но, в конце концов, любопытство и желание помочь пересилили.
И Соа дотронулся кончиками пальцев до закрытого века.
— Это сделал чрезвычайно сильный разъяренный дух. Я вступил с ним в схватку, думая, что, раз я проклятый, то без проблем справлюсь с ним, или он испугается меня. Но дух сам был слеп ко всему, что творилось вокруг него, — юноша сгорбился. — Никогда до этого не встречал такую неистовость.
На следующий день, когда И Соа переплетал свои многочисленные косы, которые он затем собирал в низкий объемный пучок, Гинтрейме спросила, желает ли он выбраться отсюда.
— Я сам запер себя, — неуверенно ответил И Соа, и эта неуверенность, вкупе со всё не выходившими из головы светлыми узорами, помогла небожительнице принять твердое решение.
— И ты все еще хочешь оставаться здесь? — сложила она руки на груди, испытующе глядя на него.
И Соа определенно не мог увидеть этот пристальный взгляд, но отчего-то вздрогнул, опустив голову.
— Не хочу, — тихо пробормотал он.
Гинтрейме кивнула и повернулась к выходу из пещеры. Она уже обдумывала это и, как бы ей ни хотелось, она не могла прямо сейчас уничтожить этот надоедливый барьер. Всплеск энергии почувствуют все небожители и начнется разбирательство. Вызваться решить эту «проблему» может и она сама, но тайно провести юношу будет сложно. Гинтрейме нужен кто-то, кому можно было бы доверить И Соа, кто-то, кто его не знает.
Она задумалась о Диастр. Та была вспыльчивым и своевольным духом, и пришла к ней не из уважения, а лишь из честолюбия и желания получить от нее больше духовной энергии, чем давал ей прежний хозяин. Но спустя столько лет... Гинтрейме узнала ее намного лучше и поняла, что может всецело доверять ей.
— Подожди, — взволнованно произнес И Соа, когда догадался, что небожительница уходит.
Ох, точно, она же совершенно ничего не сказал ему
— Мне нужно вернуться, — объяснила Гинтрейме. — Я пришлю сюда свою слугу. Она выведет тебя.
Гинтрейме собиралась снова повернуться, но И Соа сделал робкий шаг вперед и поднял руку, явно в поисках нее. Небожительница подошла и дотронулась до чужой руки. Стянув с себя теплый плащ, юноша набросил его на плечи Гинтрейме.
— Хорошо, — кивнул И Соа.
Еще раз напоследок взглянув на юношу, который уже не казался таким странным, богиня вышла из пещеры и поспешила к ближайшему городу, где был ее храм.
Глава 4. ЛЕГЕНДЫ
Сегодняшний вечер в Энеке назывался «выходным вечером». Им объявлялся каждый шестой день, в который большинство людей оставляли свои рабочие инструменты, места и выходили на главные улицы проводить свое время в прогулках и немного ненужных покупках. Это не было ни праздником, ни фестивалем, кто-то продолжал свои дела, кто-то хотел отдохнуть, но в городе царила легкость.
Эта традиция появилась вследствие интересной истории о вознесении бога Удачи и Ветра. Рожденный в бедной семье в безымянном поселении вдали от города, юный Тесхва не имел возможности получить должное образование, и даже книг в поселке можно было пересчитать по пальцам одной руки. Мальчик выделялся с самого детства: живыми любопытными глазами и неуемной тягой к знаниям. Мечтая о карьере государственного служащего в крупном городе, он часто сбегал с проезжими людьми, расспрашивая у них обо всем, что его могло заинтересовать и доезжал с ними до больших городов. Там он подрабатывал, покупал книги, а после прочтения перепродавал: парень с сожалением понимал, что ему банально негде их хранить.