Глава 9, часть 2
— Мама, Алисия хочет карамель! — раздались звонкие голоса и в фургончик ворвались двое детей. — И мы тоже!
Несчастная Тори всплеснула руками и, закинув полотенце на плечо, пошла разбираться. На выходе она крикнула юноше, все еще лежащему в гамаке.
— Прекращай отлынивать! Спускайся и помоги Раму собраться, нам выезжать уже давно пора. Устроил тут приют для аристократок, называется...
Уйдя, женщина так сильно хлопнула дверью, что она распахнулась обратно да так и осталась качаться, скрипя старыми петлями. Гинтрейме нахмурилась и подняла голову.
— Что она имела ввиду? Каких аристократок?
И Соа высунулся из-за веера, которым все еще прикрывался.
— А они бывают разные?
— Не заговаривай мне зубы снова, — мрачно произнесла Гинтрейме. — О ком она говорила?
Юноша закатил глаза, будто сетуя, что ему мешают отдыхать. Немного неуклюже он все же вылез из гамака и опустился на пол. И Соа потянулся всем телом, разминая затекшие мышцы и широко зевая.
— Ночью не дала мне поспать и сейчас не даешь, — укоризненно сказал он.
Брови Гинтрейме сомкнулись на переносице.
— Ночью?
— Ты ворочалась. Приходилось вставать и возвращать твое одеяло на место.
Растерявшись от подобного, Гинтрейме лишь насупилась.
Повертев головой в разные стороны и наклонившись во все четыре стороны И Соа наконец ответил:
— Тори говорила про тебя и Алисию. Я вас привел вчера сюда, — он улыбнулся уже почти привычной полуулыбкой-полуухмылкой.
— Для чего?
Гинтрейме вспомнила, что она уже спрашивала вечером прошлого дня об этом, но юноша тогда лишь промолчал. В этот раз И Соа также посмотрел на нее немного недоуменно и направился к выходу, будто не видя смысл в вопросе. Гинтрейме схватила его со спины за плечо, захлопнула дверь прямо перед носом и с силой прижала наглеца грудью к двери. Его руки она крепко держала.
— Что... — успел только произнести И Соа, но его лишь сильнее вжали в деревянную поверхностью.
Это становилось почти больно.
— А теперь отвечай прямо, — быстро говорила Гинтрейме. Неизвестность и странное поведение парня начинали ее пугать. — Что ты знаешь обо мне?
Обездвиженный юноша сопротивляться не пытался и с готовностью, даже как-то бойко, ответил.
— Я знаю, что ты весьма эмоциональная и несдержанная девушка. И что ты кузнец.
Гинтрейме кинулась было проверять карманы, но вспомнила, что свой набор с инструментами оставила в одежде. Про себя она облегченно вздохнула, ведь, перед тем как переодеться, письмо брата она благополучно вынула.
«Допрос» продолжался.
— С чего тогда ты решил, что я аристократка?
— Одежда, — попытался пожать плечами юноша, но не смог пошевелиться.
За дверью послышались шаги. Гинтрейме поспешила отпустить парня, как раз когда в проеме появилась еще одна молодая девушка. Ее волосы были собраны в непростую прическу, украшенную драгоценными заколками, и струились темным водопадом вдоль лица. Облачение также выделялось тонкими дорогими тканями. А часть лица закрывала вуаль. Она округлила глаза, увидев их.
— Ой, вы та госпожа, что вмешались тогда!
Гинтрейме переводила взгляд с милой девушки на юношу. И Соа, невинно расправив веер, прикрыл им лицо на манер вуали и, коротко и шутливо поклонившись, быстро ретировался. Гинтрейме потерла переносицу. Голова отчаянно болела.
— Надеюсь, хоть ты прольешь свет на происходящее. Молодая госпожа.
Девушка осторожно кивнула и присела на ближайший ящик, коих здесь было множество. Она неосознанно продолжала держать руки у лица, прикрывая его длинными рукавами.
— Мое имя Алисия, и вы правы, я действительно молодая госпожа. Однако помимо титула у меня ничего нет.
Алисия не имела родителей, всю жизнь находясь под влиянием дяди. Не имея прав на наследство, она лишь росла ценной и красивой будущей партией, и ее дядя нашел самое лучшее из возможных мест — дворец Императора. Побывав несколько лет назад однажды во дворце на одном из пиршеств, она приглянулась главе Империи. Не смея отказать ему, на тот момент еще совсем молодая Алисия провела вечер в его компании, болтая и сидя рядом. После этого Император переговорил с ее опекуном в лице дяди и с тех пор ее тело и лицо скрывалось от чужих глаз, чтобы никто не смел смотреть на собственность Императора.
— Мы направляемся в столицу. Через несколько месяцев я достигну совершеннолетия и стану младшей наложницей Императора, — смущенно продолжала девушка. — Точнее... Должна была стать. Но когда мы остановились на постоялом дворе, ночью ко мне на балкон залез И Соа, — на этом моменте она заулыбалась, почти рассмеявшись. — Поначалу я испугалась, но он был само очарование! Вам он тоже понравился, так ведь? — она большими глазами уставилась на нее.