Девушка рядом завозилась и встала. Она поспешила поднять и дрожащего юношу. Он неосознанно облокотился на нее, с трудом удерживаясь на ногах. Но от Диастр не исходило достаточного тепла, чтобы И Соа мог немного согреться, ведь она все еще являлась духом, хоть и обретшим тело. С другой стороны безмолвно стоял человек, который продолжал обжигать его своим холодом.
— Госпожа! — облегченно произнесла Диастр.
Она прижала его к себе чуть сильнее, сделав шаг вперед. И Соа вяло двинулся за ней.
К кому она обращалась? Мысли все еще спутанно лежали неразборчивым клубком, перед глазами в темноте бегали яркие пятна, которые превращались в картинки прошлого. Молодая Гинтрейме посреди толпы у ворот держит его за воротник; несчастная грязная Гинтрейме, которая вышла из леса в поисках тепла; Гинтрейме, которая учила его пользоваться ножом; Гинтрейме, стоявшая с ним в цветочном поле; Гинтрейме... в крови, лежавшая рядом с ним. Тело охватил озноб, а от очередного шага колени подкосились, и он рухнул вперед, не успев даже поднять руки. Его обхватили другие, теплые и облаченные в плотную приятную на ощупь ткань. И Соа без сил уткнулся носом в чей-то воротник и прижался к горячему, пышущему теплом телу, и расслабился окончательно.
В следующий раз, когда он открыл глаза и смог трезво мыслить, он находился в горизонтальном положении. Кровать под ним была необычайно мягкой и отличалась от той, на которой он спал в поместье Тесхвы, и уж тем более от уже привычной твердой земли. В воздухе витал неприятный запах благовоний. Никого рядом не было — или никто не выдавал своего присутствия. Из окна доносился громкий шум города. Двигаться И Соа не хотелось. Ему было тепло и сонливо, несмотря на то, что он был укрыт лишь тонкой шелковой простыней. Он немного подвигал рукой, медленно нащупав край кровати. Ладонь наткнулась на низкий столик, а затем на кувшинчик и чашечку на нем. Юноша тут же обхватил ее и залпом выпил воду, в которой чувствовался привкус лимона.
Определенно, он находился в роскошном месте. Однако вопрос заключался в ином: когда сюда кто-нибудь придет?
Ждал он недолго. Уже через полчаса сонливость окончательно покинула его, и юноша поспешил оставить постель. Сделал он это с большим сожалением, пообещав, что обязательно вернется сюда позже и насладится этим мягким и комфортным матрасом. Он ощупал себя, проверяя в порядке ли его одежда. На нем небрежно висела лишь тонкая рубашка со штанами, но сапогов не нашлось. В таком виде было бы неловко с кем-то столкнуться.
И Соа присел обратно и принялся водить руками по простыням. На второй половине он нащупал более грубую ткань. Всячески переворачивая и растягивая ее, он удостоверился, что это была верхняя одежда, и принялся напяливать ее на себя. Кое-как справившись, он провел босыми ногами по полу вдоль кровати. Так и есть, рядом стояли его сапоги.
Волосы его расплелись, и у юноши не было ничего, чтобы прибрать их. От природы прямые, они лежали на его спине волнами после кос и завивались немного на концах. И Соа дернулся было проверять, на месте ли его старый искусственный цветок, но вспомнил, что отдал его в руку статуи бога Времени и Цветения. Сейчас, оказавшись снова один и вспомнив об этом, юноша чуть понурил голову и досадливо прикусил губу. В конце концов, он просто как мог завязал из волос неопрятный пучок и выскользнул за дверь. Юноша ощупал стены, осознав, что вышел он не в коридор как рассчитывал, а в еще одну комнату. В ней было заметно прохладнее. Споткнувшись о большую деревянную ванну, и вляпавшись в блюдце с остывшим маслом, И Соа понял, что он наткнулся на купальню, и развернулся обратно. Его рукав теперь был влажным и липким, но в остальном он беспрепятственно отыскал вторую дверь, которая вывела его из комнаты.
Один сапог более свободно болтался на его ноге, и И Соа подозревал, что неправильно завязал его. Но его медленной походке вдоль стен это не сильно мешало. Деревянная поверхность была хорошо отшлифована и обработана. И Соа все больше задумывался о том, где он оказался.
Двери, на которые И Соа натыкался, оказывались открыты, но комнаты за ними были пусты. Ни одного человека он пока не встретил, хотя для такого богатого дома определенно необходимы слуги, чтобы поддерживать его в идеальном состоянии.
— Привет, — раздалось равнодушно.
Голос прозвучал буквально в шаге от него. И Соа застыл от неожиданности и вздохнул чуть громче обычного: он старательно вслушивался в каждый шорох и скрип, но шагов человека совсем не услышал, будто он просто появился перед ним.