К утру гладкий маслянистый материал затвердел, но не сильно: от легкого давления оставались вмятины, и способа добиться полного отвердевания юноша просто-напросто не знал. Пришлось пробовать надеть и то, что получилось, за неимением большего.
Поверхность была приятной и не тревожила его недолеченную слизистую, но качество видимости было отвратительным. Все, что находилось дальше десяти шагов, сильно расплывалось, а о периферийном зрении и вовсе можно было забыть. Но главного он достиг — И Соа мог видеть. А в его ситуации и этого сейчас достаточно.
Теперь, имея возможность не изучать окружение лишь руками, И Соа осмотрел окно для запасного варианта побега. Из него непринужденно и безмятежно светило солнце, а по-сказочному голубое небо прорезали верхушки высоких домов. Повсюду был золотой и красный цвет — И Соа находился в столице, по всей видимости, во внутреннем городе. И здесь же, совсем недалеко привлекал к себе внимание храм, единственный храм, располагавшийся настолько рядом к Императорскому дворцу, храм богини Создания и Преобразования.
Закончив с глазами и окном, И Соа решил воспользоваться гостеприимством хозяина и весь последующий час провел в дремоте в теплой ванне. Выйдя, юноша бодрым себя совсем не чувствовал, а постель со своей мягкой и притягательной тонкой простыней неумолимо манила к себе. И у нее наверняка получилось бы завлечь его в свои объятия, если бы не ужасные самодельные глаза, которые каждую секунду напоминали И Соа о его неприятном положении. Ко всему прочему к ладоням прочно прикрепился неприятный запах воска, из которого он лепил шарики, и вода не смогла избавить от него.
Выйдя в коридор, юноша продолжал держаться за стену, а глаза и вовсе прикрыл, лишь оставляя себе маленькую щелочку, чтобы подглядывать себе под ноги. Одежду он также надел небрежно, неправильно завязывая пояс и обувь. Влажные волосы после воды лежали неровной копной на спине. Расчесываться И Соа не любил, так что просто провел пару раз пальцами и оставил как есть. Юноша вернулся в столовую и подошел к уже знакомому большому столу. По всей видимости, со вчерашнего дня его никто не трогал, все упавшие бутылки, стаканы и приборы лежали в точности как их оставили вчера, но на этот раз И Соа имел возможность рассмотреть все. Его взгляд из всего изобилия еды выцепил легкую закуску из тонко-нарезанной редьки и морской капусты и кусочки рыбы на этой же тарелке. Юноша было воспрял, потянувшись к блюду, но стоило немного присмотреться к нему, как становилось ясно, что ночь ни капуста, ни редька, ни рыба не пережили, испортившись и став склизкими.
Плечи юноши понуро опустились. Но не успел он в достаточной мере пожалеть о потраченных впустую продуктах, которые из всех могли ему понравится, как откуда-то сбоку вышла темная фигура, а вместе с ним до носа коснулся аромат яблок и чего-то еще.
Кейн подошел к нему и схватил за плечо.
— Пойдем. Слугам нужно убраться, а Хелансу не хочет, чтобы ты с ними разговаривал.
И Соа молча проследовал за ведущим его духом в черном и попытался аккуратно и незаметно запомнить их путь. Они оказались в противоположной стороне от той запертой двери. В конце концов, Кейн привел его… К еще одной такой же запертой двери. Быстро открыв ее, Кейн толкнул И Соа вперед, и юноша очутился в коридоре, коротком, с ведущей вниз лестницей.
И Соа принялся спускаться, медленно ощупывая каждую ступеньку, и в какой-то момент со стороны Кейна раздался более чем раздраженный выдох.
— Слепые невыносимы, — пробормотал он.
— Давно ли ты живешь в столице? — неожиданно спросил И Соа.
Следующая открывшаяся дверь вывела их на улицу. Вокруг мгновенно все стало зеленым от многочисленных фруктовых деревьев. Его вывели во внутренний сад.
— Давно.
— Не подскажешь тогда, есть ли в городе что-то, достопримечательность или здание, связанное с именем Риговер?
Юноша не сильно беспокоился о том, что Кейн может донести какую-то важную информацию до Хелансу, поэтому спрашивал, что придет в голову без сомнений и стеснений.
Тот помолчал, вероятно, раздумывая и пытаясь вспомнить.
— Библиотека. Которая рядом с прудом.
— Та самая? — брови И Соа приподнялись.
Кейн ничего не ответил, И Соа услышал от него лишь тихое хмыканье. Сам юноша мог видеть лишь ноги и подол темных одежд духа, держа глаза полуприкрытыми. Однако вполне вероятно, что Кейн просто кивнул, не осознавая, что И Соа не мог видеть его.
— Зачем тебе? — поинтересовался Кейн.