Алли, Риера, Кларимод!.. Столько различных имен ты использовала, что не упомнить их всех. Сколько обличий ты сменила, сколько судеб ты примерила. Неудивительно, что тебя так сложно отыскать. В столице все беспрестанно говорят о тебе, но пустые разговоры совсем мне не помогают. Я чувствую, как мне душно и неприятно слышать хвалебные, влюбленные оды в твою честь от тех, кто даже не смотрел тебе в глаза. Что бы между нами не случилось и сколько недопониманий не разделяло нас, лишь я, однако, мог быть рядом с тобой, да? Всегда помни, что только я встал тогда на твою сторону, пока твои «друзья» думали, каким способом избавиться от тебя.
...
Неужели своей верностью я не заслужил твоей благосклонности?
Прошу, дай мне хоть один знак.
Где ты?
Листок был оборван и напоминал скорее записку, чем полноценное письмо. И Соа остановился и выпрямился. Уж не к той женщине обращается Хелансу, которую тот искал? И точно ли автором этих слов является Хелансу? Юноша не был уверен, что мужчина позволил бы ему читать подобные откровения, но иначе зачем они лежат так, без присмотра и без замка. После того, как он ушел, то больше не напоминал о себе, лишь Кейн появлялся и передавал его указания, но что, если Хелансу вернется именно сейчас?
И Соа быстро принялся складывать разбросанные листки обратно в пухлый конверт и положил его себе за пазуху, спрятав под одеждой. Оставшихся конвертов было достаточно, чтобы не сразу заметить пропажу. Только если их владелец не пересчитывает их каждый вечер.
Поспешив вернуться в комнату, И Соа взобрался с ногами на кровать и разложил на простынях все мятые бумаги. Несмотря на то, что перед выходом он оставил окно открытым, неприятный запах благовоний осадком продолжал витать в воздухе. Юноша недовольно поджал губы.
Но сейчас дело было куда интереснее.
***
Сегодня посреди ночи горел храм. Все испуганно бегали то туда, то сюда, будто в жизни не могли представить подобное. Его почти успели спасти. Хотя... За что же мне судить их, если я и сам просто стоял и растерянно смотрел на разваливающееся здание. Будто не мог уложить в голове: это и вправду происходит? Горит храм божества. Ну зачем? Это же… все из-за тебя. Столько людей погибают под обломками горящих стен по твоей вине.
Говоря об этом, я вспоминаю, как, будучи в весьма нежном детском возрасте, впервые вошел в храм. Он был стареньким и почему-то находился на краю нашего городишка, так что людей обычно там не было. Я впервые встретил тебя в нем и впервые заговорил, но ты даже не обратила на меня внимания. Было ли это очарованием с первого слова? Недавно я вернулся туда, но на том месте даже нашего города уже не было. Какая-то деревушка, не более, затерянная в лесах и полях так, что все уже забыли, что там кто-то живет. Да и сами они давно оторваны от остального мира и желания ни у кого нет, чтобы это изменить. Они изрядно страдали из-за вылезающих тварей, так что приходилось постоянно отбиваться.
Я возвращался иногда к ним и все смотрел на пустую землю, где раньше я видел храм и мне было так странно больно от этого.
Затем эти края замело снегом и единственная тонкая тропка, которая могла привести в поселение, исчезла. Однако... Мне стало так приятно от осознания, что о нем теперь знаю лишь я. Это мое личное. Как и ты теперь. Почти все, кто знал тебя, уже мертвы, и если раньше меня это даже пугало, то сейчас в мою голову иногда заползают мысли, что, быть может, — только ради этого, ради владения тобою единолично — и стоило их убить.
Я знаю, как ты любишь сочетание миндаля и лаванды, хотя, как по мне, сочетание просто ужаснейшее, поэтому иногда жгу свечи с этим запахом. Сейчас это единственный способ быть ближе к тебе.
***
Я стараюсь не вспоминать твое изможденное лицо, когда ты была закована в своей комнате как преступница. Это был счастливейший и ужаснейший момент: вот ты, наконец я могу смотреть прямо на тебя; и вот я, и ты наконец смотрела на меня. Но обстоятельства, ах, ужасные обстоятельства нашей встречи. Могла ли дать нам Судьба иной, более радостный вариант нашей встречи? Или ради исполнения моей мечты быть с тобой наравне, тебе самой необходимо пасть?
Знай, я не верил ни одному их слову о тебе. Ты? Виновна в смерти, да еще кого, своей сестры? Немыслимо, глупо и нелепо. Просто абсурд. Невозможно было не видеть в твоих глаза скорби по ней.