— Линия связана со Стеной Драконов, но тянется по всему миру, — внезапно понял Ларон. — Наверно, она проходит через…
— И земли Коллегии Воинов, и храмы Скептиков, — закончила за него Риеллен. — Из-за этой штуки пламя Стены Драконов может вспыхнуть в любой точке мира. Наш мир в опасности.
Побережье Тореи вначале было трудно различить, затем, по мере того как Терикель, стремившаяся долететь до него прежде, чем начнется буря, которая снесет ее на запад, приближалась к нему, оно вырисовывалось все отчетливее. Терикель медленно снижалась и пыталась сопоставить то, что видела, со своими воспоминаниями. Земля как-то странно блестела, травы и листьев нигде не было. Она заметила на берегу холм и горы, уходящие в глубь материка. Холм казался очень неровным, и некоторые его склоны спускались прямо в море. Стал виден маленький город, с бухтой и каменным пирсом. И еще один холм. Зантриас. В прошлом году этот торейский порт был последним, что видела Терикель перед гибелью материка.
Наступил вечер. Процветающим, благоденствующим городом Зантриас предстал перед Терикель в последний раз тем утром. Теперь она кружила над руинами, борясь с ветрами и бурей, до сих пор бушующей в море, и постепенно снижалась, летя по спирали к холму, где находились остатки храма Метрологов. К тому времени Терикель уже три дня не ступала на землю и поэтому то засыпала, то вздрагивала и просыпалась. «Стоит только задремать чуть сильнее, и заклинание исчезнет, — говорила она тогда себе. — А если заклинание исчезнет, исчезнут и крылья». Развалины главного храма Метрологов и других примыкающих к нему зданий были по-прежнему узнаваемы, хотя все деревянные перекрытия и сгорели.
Терикель чувствовала, как ее изможденный разум окутывает паутина сна, но сейчас под ней была уже не вода. Она миновала церемониальную площадь Метрологов, где желающие принять духовный сан проходили суровые испытания. Алтарь в форме огромной каменной руки был все еще здесь, обуглившийся и разрушенный на части сильным огнем, погубившим Торею. Терикель вспомнила, что Веландер стала последней, кто прошел здесь посвящение. Терикель взлетела высоко над бухтой и тотчас узнала каменный пирс, где стояла «Лунная тень» во время этого ритуала. Повсюду валялись блестящие расплавленные осколки, похожие на чешуйки отмершей кожи. «Лунная тень» была привязана там, когда… Терикель заставила себя вспомнить, что находилась в объятиях капитана, Ферана, пока Веландер проходила обряд посвящения. Она вздрогнула, снова представив, как старейшина приказывает ей соблазнить шпиона и оставить Веландер одну.
— Если бы можно было все вернуть, я бы велела этой старой кошелке самой выполнять свою «миссию доброты», — сказала Терикель сама себе, надеясь, что так бы и случилось.
Она вспомнила, как в одно чудесное утро смотрела сквозь зарешеченные окна каюты капитана «Лунной тени» на ясное небо. Через полчаса порт и все, кто оказался там, исчезли вместе с материком. Находящиеся на борту «Лунной тени» выжили, потому что корабль был непотопляемым: он словно держался за воздух. Веландер примчалась по дороге от храма, осознав угрозу, исходящую от Серебряной Смерти. Ларон серьезно воспринял ее предупреждения, и «Лунной тени» едва удалось избежать гибели в огне. С тех пор тихое солнечное утро всегда вызывало в душе Терикель чувство беспокойства.
Пустынная местность, которая была под ней, ничем не отличалась от других пустынных местностей, однако Терикель хотелось приземлиться именно туда. Без людей она казалась какой-то неправильной: в памяти всплывали такие живые воспоминания — словно призраки, не нашедшие успокоения. На каменном пирсе лежали тюлени и похожие на черепах морские существа. На них набегали пенные волны, вздымаемые поднимающимся ветром. Именно здесь Терикель когда-то прогуливалась с Веландер, и здесь однажды ночью она бежала, взявшись за руки с Фераном, не зная, что это были ее последние шаги по Торее.
— Я должна еще раз пройтись по Торее. Материк достоин лучших воспоминаний, — сердито сказала она. — Это место ничем не хуже остальных: тут тоже можно приземлиться, переждать бурю и выспаться.
Терикель стала искать широкую, ровную площадку для приземления, и тут ее внимание привлекло движение на одной из разрушенных улиц. Подлетев ближе, она увидела темные очертания, внезапно превратившиеся в бегущую фигуру, которая исчезла за углом. Среди теней возникло еще что-то, тоже вскоре пропавшее из виду. «А ведь Зантриас по-прежнему обитаем», — подумала Терикель. Вероятно, это были заблудившиеся ловцы тюленей, которые не смогли выбраться во время торейских бурь, сделавших путешествия по морю не просто опасными, а смертельно опасными.