Рядом с Эндри лежал еще один, его голова была расколота случайным попаданием топора. На лице мертвеца застыла ухмылка. Один из тех, кто остался в живых, был без сознания и стонал. Эндри ударил его по голове.
— Присмотри за моей лирой, — пробормотал Уоллес.
— Он мертв, — сказал Эндри. — Наверно, ты попал в сердце.
Они повернулись к женщине и к костру из человеческих тел.
— Горит, — произнес Эндри.
— Это я подожгла, — прохрипела женщина.
— Было бы очень неплохо сейчас убраться отсюда, — проговорил Эндри, собирая остатки лиры и передавая их Уоллесу.
— Моя лира сломана, — сказал Уоллес. Женщина потеряла сознание.
Эндри ломился в дверь Дома Отдохновения мадам Джилли до тех пор, пока не вылетела дверная скоба, и дверь не распахнулась. За ней стояли три женщины. Их одежда казалась дорогой, хотя ее и было немного. А еще они держали в руках миниатюрные арбалеты, и каждый был направлен в грудь Эндри. Оружие казалось игрушечным, но Эндри знал: альберинские куртизанки прячут такие в складках своих юбок, и стрелы наверняка отравлены. Через минуту кто-то, кого скрывал сумрак комнаты, заметил ношу Эндри — на плече он держал потерявшую сознание женщину.
Услышав слова «Впустить их», куртизанки опустили оружие и отступили в сторону. Эндри вошел, придерживая спасенную женщину. За ним следовал Уоллес с лезвием топора, обгоревшими обломками рукояти, окровавленным кинжалом, четырьмя кошельками и с разбитой лирой. Его левый рукав потемнел от крови.
— Мы тут вроде как спасли эту проститутку от бандитов, — объяснил Эндри.
— Ужасных бандитов, — уточнил Уоллес.
— Они вроде хотели воспользоваться ее услугами бесплатно, но мы помешали, — продолжал Эндри.
— Я заколол одного, — подтвердил Уоллес. — Его же ножом.
— Это сути не меняет, — заявила мадам Джилли.
— Ну это же не вина Уоллеса, — сказал Эндри. Уоллес был не из тех, кто охотно согласится с мнением других. Он поднял вверх обуглившиеся остатки топора:
— Ну, допустим, это и не вина Эндри.
Эндри положил женщину, до сих пор находящуюся без сознания, на кушетку:
— Там еще трое. Ну, по крайней мене, я насчитал столько.
— Эндри бил их по голове, — объяснял Уоллес. — Он бил их очень сильно, и они были просто не в состоянии быстро встать.
— Ну а женщина подожгла еще одного, — добавил Эндри.
— Но мы не знали, была ли она виновата, — согласился Уоллес.
Мадам Джилли стояла, скрестив на груди руки. Она выглядела спокойной, но мозг ее напряженно работал, сопоставляя факты. Ей нужны были подробности и разъяснения.
— Она подожгла кого-то?
— Да, — подтвердил Эндри.
— Только посвященная одиннадцатого уровня, обладающая огромной силой, может заставить воспламениться человека, — сказала мадам Джилли, посмотрев на женщину. — Вы уверены, что это проститутка?
— Ну да, потому что я… он… ну, Уоллес, скажи.
— Она… бродила одна ночью.
— Ах да, другие женщины не гуляют ночью в одиночестве. Может быть, ее сопровождающих убили, — заметила мадам Джилли, будучи в замешательстве, но стараясь не показать этого.
— Почему вы принесли ее сюда? — спросила она, вытаскивая что-то из кошелька женщины.
— Мы увидели ваш знак и подумали… ну… проститутки помогают же друг другу.
— Это жрица Ордена Метрологов! — воскликнула мадам Джилли, разглядывая какую-то печать.
— Да? — удивленно спросил Эндри.
— Это ученый орден, занимающийся измерениями, — объяснил Уоллес. — У них есть министерство по делам шлюх, сирот и инвалидов в тех городах, где построены их храмы.
Мадам Джилли посмотрела пристально на Эндри:
— Она никакая не проститутка, она из Метрологов. Почему ты спас ее?
— Ну потому что, — начал Эндри. — Ну когда эти ублюдки повалили ее на землю, чтобы овладеть ею… это было ужасно.
— Да, — согласился Уоллес. — Путь грязных мужиков, а она кричала таким тонким голосом. Такой голос мог принадлежать только образованной женщине. Мы, как отзывчивые люди, естественно, должны были помочь. Вот так все и началось.
— Минутку. Ты спас ее, думая, что эта женщина — шлюха, от пяти Стражей Трона, поскольку решил, что это будет благородно?
— Что? — засмеялся Эндри. — Стражи Трона? О нет, это были просто крепкие малые.
Мадам Джилли взяла двумя пальцами витиеватый кинжал у Уоллеса:
— Герб на нем свидетельствует о принадлежности хозяина к числу Стражей Императорского Трона. Только Стражи Трона могут носить такой. Наказание для всех прочих, использующих герб Стражей Трона на своем оружии — смерть.
— Я убил Стража Императорского Трона? — едва слышно произнес Уоллес, выронив все, что держал в руках, и упал в обморок. Его грузное тело обмякло.