Он появился и не раз. Всю неделю Саша ездил в “лесной домик”, забирал его хозяйку, и они отправлялись в город. Для неё всё это было в новинку, потому что долгие годы она жила затворником, а для него, потому что впервые он просто общался с девушкой без какой-либо корыстной мысли. Ему очень понравилось быть с ней, смотреть как она делает что-либо впервые и удивляется обыденным вещам. Аня была необычной, неиспорченной девушкой, очень доброй и простодушной. Когда они гуляли, Саша забывал о своём чувстве вины перед ней, которое стало тревожить его всё чаще. Он даже смог заглянуть в её прекрасные голубые глаза. Но дома его непрестанно начинала мучать совесть. И чем больше он узнавал об Ане, тем сильнее были его терзания, внутренний голос заставлял признаться в содеянном, открыть душу перед ней. Но страх наглухо закрывал ворота его сердца.
Неделю спустя, до этого чужие друг-другу люди стали друзьями. Сашу тянуло к Ане, он не мог находиться дома, где его мучали совесть и тоска. Он видел в ней всё больше и больше прекрасных качеств и хотел быть рядом. Девушке тоже было приятно общаться с новым, почти единственным другом, если не считать старого доброго Джека. Она с удовольствием проводила время гуляя с Сашей в по городу, сидя в кафе или ресторане, или катаясь на каруселях. Всё в жизни молодых людей складывалось замечательно.
Однажды Саша собирался ехать к Ане с хорошими новостями. Он стоял у зеркала и думал о том, как будет рада подруга тому, что он договорился об её лечении. Он смотрел на своё отражение и вдруг услышал голос совести. “Ты должен сказать,” – твердил голос, – “Она влюбилась в тебя, это видно невооружённым глазом, а тебе нравится она. Но если не рассказать, то будет плохо. Чем дольше ты тянешь, тем больнее ей будет узнать правду.” Саша опустился на край кровати и задумался, лицо его помрачнело. “Но как я скажу?” – спросил он сам у себя, – “Ведь она меня возненавидит!” “Не скажешь – возненавидит ещё больше,” – ответил внутренний голос, – “к тому же это проявление трусости, а частично из-за твоей трусости Аня сейчас хромает.” Чем больше Саша думал обо всём этом, тем хуже становилось у него на сердце. В конце концов он не выдержал и решил признаться подруге.
Дорога тянулась целую вечность. Деревья мелькали за окном и казалось это не прекратится никогда. Саша и желал развязки и боялся её. Наконец показался “лесной домик”. Медленно и осторожно он приблизился к воротам. Рука его потянулась, чтобы постучать колотушкой в виде кольца, но тут же опала, налившись свинцом. Он прислонился лбом к старым обшелушенным доскам ворот и застыл так, не смея пошевелиться. Залаял пёс. Саша услышал, как скрипнула петлями дверь в дом, а за ней ступеньки крыльца. Откладывать было бессмысленно, и он постучал в дверь.
Аня открыла калитку. Девушка улыбалась, как всегда солнечным взглядом смотрела на друга. Он, потупив взгляд, поздоровался.
– Я так рада тебя видеть! Я закончила вторую главу новой книги, у меня такой творческий подъём, не поверишь!
– Аня, мы должны поговорить, – почти шёпотом произнёс Саша.
– Я не против, – весело сказала девушка. Вдруг она заметила, что гость стоит хмурый и даже не смотрит на неё, – Что-то случилось?
– Нет, но может. Давай поговорим в доме?
– Ну, давай…
Они вошли и сели за стол.
– Пожалуйста, выслушай меня, – начал Саша угрюмо, – это очень важно.
– Хорошо.
– Ты считаешь меня хорошим человеком, но это не так. – Аня хотела возразить, но Саша жестом остановил её, – Послушай, я всю жизнь был лодырем и гулякой. Мой отец депутат, он разбаловал меня и я, ну, – он замялся, – вёл себя очень плохо. Я был тем, кого называют “мажор”. Не знал, что бывает боль и страдания. Папа меня всегда и от всего отмазывал, – вдруг Саша расплакался, – Я мразь, Аня, понимаешь, я… Мразь…
– Ну что ты, – утешающе промолвила девушка, – не надо так, – она положила руку парню на плечо, но тот отрешился, встал и отвернулся. – Ты стал для меня самым близким человеком в мире. Я так благодарна тебе. У меня кроме тебя и друзей-то нет.
– Ты не понимаешь. Это я сбил тебя.
Аня поднимавшаяся чтобы подойти к другу села обратно от неожиданности. Её будто ударила молния. Она не понимала реально ли то, что происходит или нет.