- Я люблю тебя, Дашенька. Я не оставлю тебя одну. Я больше никогда не оставлю тебя, милая. Я поеду с тобой.
- Нет, Саша. Нет.
- Драгоценная моя, пей кофе. Ты же любишь шоколадный торт с орехами. Капрезе здесь великолепно готовят. И канестрелли* бери, тебе ведь нравится это печенье.
- Ты всё-таки выучил название! А прежде называл ромашками, - Даша улыбнулась и снова погладила руку Саши.
- Так ведь язык можно сломать с этими итальянскими названиями! – засмеялся Саша. - Дашенька, я должен уехать на несколько дней. Это очень важно. Сегодня вечерним поездом я уеду. Я вернусь, и мы всё решим. Обещаю тебе. Ты потерпи.
***
Воскресным утром барон Рамздорф отправился в парк на конную прогулку. Даша, выпив кофе и облачившись в домашнее платье, ждала его возвращения к завтраку. Чтобы скоротать время, она взяла роман и углубилась в чтение.
В холле хлопнула дверь, послышался недовольный рык супруга. Тревожно сжалось сердце. Даша захлопнула книгу и быстрыми шагами направилась к лестнице, рассудив, что будет лучше переждать бурю в своих покоях. Авось и пронесёт.
Дверь спальни распахнулась, со стуком ударившись о стену. Одного взгляда на побагровевшее лицо барона хватило, чтобы понять: «Не пронесло».
- Мне стало известно, мадам, о вашем свидании с неким господином. Вы же не станете отрицать, что были намедни в Пассаже?
- Да, я действительно заезжала в Пассаж, но лишь для того, чтобы купить презент Виви. Не могла же я приехать к ней без подарка. Вам должны были уже прислать счёт из лавки.
- Дурака из меня делать изволите? Желаете выставить рогоносцем? Я предупреждал, что ваше поведение на людях должно быть бе-зу-преч-ным. Я не позволю вам позорить меня.
- Отчего вы верите слухам, а не мне? - попыталась утихомирить супруга Даша.
- Оттого, дражайшая супруга, что Синицкий по служебным делам заезжал в банк «Лионский кредит».* Константин не мог вас перепутать ни с кем. А ему я склонен верить.
- Он просто решил насолить мне. Из-за вас.
Рамздорф побледнел, глаза полыхнули яростью.
- Раздевайтесь, мадам.
- Зачем? – Даша испуганно смотрела на мужа.
- Без вопросов, живо! – рыкнул Рамздорф.
Даша помедлила. Приблизившись, он рванул шёлк домашнего платья вниз. Оторванные пуговки посыпались на ковёр.
- Снимайте всё, до самой последней тряпки!
Даша скинула с плеч остатки домашнего платья, сняла нижнее бельё.
- Всё, я сказал!
Даша стянула нижнюю сорочку, представ перед мужем совершенно обнажённой, и вызывающе посмотрела на него. Но в глазах его не было желания. Лишь ледяное презрение. Барон взял с комода хлыст и похлопал им по ладони, с ненавистью глядя Даше в глаза. Было в этом взгляде нечто, заставившее Дашу содрогнуться.
- Что вы собираетесь делать?
- Молчи, шлюха!
Барон хлестнул Дашу по бедру. Она взвизгнула от боли. Тонкий хлыст оставил на нежной коже красный след.
Даша в ужасе смотрела на мужа. На его лице застыла дьявольская усмешка. Он, как это бывало уже не раз, наслаждался её болью, унижением, беззащитностью.
- Ты в моей власти. Ты будешь делать так, как сказал я. Я достаточно ясно выразился?
Даша испуганно кивнула.
- Вот и умница, - он провёл рукояткой хлыста по её щеке. - А чтобы не забыла первый урок, я дам тебе ещё несколько.
Барон схватил Дашу за плечи и, развернув к себе спиной, толкнул на кровать. Он со всей силы хлестнул жену сначала по низу спины, потом по ногам. Даша сжалась в комок, дрожа всем телом.
Довольный, барон кинул Даше разорванное платье.
- Прикройтесь, мадам. Ваша нагота мне неприятна.
Даша села и, всхлипывая, попыталась дрожащими руками застегнуть платье на те пуговицы, которые ещё остались.
- Так вот, дражайшая супруга. Хочу напомнить вам, что вы не должны более позорить меня на людях. Вы должны быть почтительной, заботливой и ласковой.
Барон наклонился и прижался губами к её щеке. Дашу передёрнуло от омерзения, она отпрянула, с ненавистью посмотрев на него.
- Это вы напрасно. Стало быть, учёба не пошла впрок. Придётся дрессировать до тех пор, пока не поймёте, что от вас требуется.