Генерал знал: лендслер сорок лет отбрыкивался от должности командующего объединёнными силами Юга. Если он подписал, значит, в министерстве нашли, наконец, рычаг.
Абэлис снял со льда скотч. Плеснул едва на палец…
— …Локьё в курсе. Мне сообщили, что на Готто видели его людей…
Голос Мериса словно бы отдалился.
Длинная узкая кисть генерала Абэлиса едва заметно дрогнула, и вместо «на донышке» получилась треть бокала.
— В курсе про что? — переспросил он, в надежде, что ослышался.
— Уснул? Локьё знает, что Колин подписал назначение. Так что ты к Локьё не летишь. Вопрос начала войны — вопрос возвращения Колина. И если всё действительно так, как мне сообщили, Юг ждёт не привычная тебе шизофрения. Воевать лендслер будет, как ему заблажит, а не так, как тебя учили по книжкам. Начинай убирать людей от Джанги. Группируй, выводи в «лестницу» или в «веер», готовь к разгону. Неизвестно, что потечёт здесь через пару суток.
— А ты уверен, что через пару? Он может позволить себе и восемь проколов в десять часов. Если на разных кораблях, подставляя их по пунктам следования… То он уже сутки, как здесь.
— Тогда тем более хреново, потому что по сектору мне пока «звонко», — Мерис употребил принятый между разведчиками термин, означающий отсутствие объекта наблюдения. — Если он здесь, то не на корабле — на шлюпке. А это совсем невесело. Колин может быть непредсказуем настолько, насколько только он это и может. Ты пойми — он здесь вырос, он зверь до мозга костей. Он может начать любыми руками с любого места. Отползай от Джанги. Не сможешь — беги со стрельбой. Но вряд ли Локьё решится стрелять рядом с этими белыми яйцами!
Брови Абэлиса стянуло в одну сплошную чёрную черту:
— А может, и они здесь, потому что предвидят войну? Война может докатиться теперь и до дальних секторов, где они затаились.
— Такие, как Колин… — Мерис криво усмехнулся. — Они оказались не по зубам даже хаттам. А тут какие-то «белые люди». Остатки то ли землян, то ли Уходящих. Бред и Белая тьма! Так говорят у тебя в Союзе, да?
— Думаешь, Колину по силам голова Локьё? — Абэлис ладонью разгладил ноющий лоб.
— Ему по силам всё, что он втемяшит себе в башку.
— Но Адам всё ещё «гостит» на «Леденящем».
— И чего ты добьёшься? Что эрцог примет тебя без протокола, как Агжея? Забудь. Агжей по их меркам несовершеннолетний, мальчишка. Может, потому они его и щадили. А тебе уже сто лет, деточка. Хватит молиться на идеалы! Человек поступает так, как устроен. А устроен он как корыстная властолюбивая тварь!
Абэлис вздохнул.
Мерис вгляделся в него и нахмурился:
— До связи, генерал. Не дури! Не время! — он опять глянул за спину.
Комкрыла кивнул сам себе и положил руку на пульт, выключая экран.
Мерис мотается с разведкой, это ясно. И время закончилось, наконец, в часах. Вытекло всё.
Больше не будет никакого времени. Но это всё-таки легче, чем ожидание.
Война — значит, война.
Он взвесил в руке бокал и выплеснул виски в пепельницу.
Локьё. «Леденящий» Окрестности Джанги
Локьё нервничал. Он то поднимался из кресла, обходил капитанскую каюту «Леденящего» посолонь, то опускался в ложемент, опять вставал и двигался уже «раскручивая» круг. Но лицо его оставалось мёртвым и непроницаемым.
А потом командующий пригласил инспектора Джастина подняться в обзорный зал.
Нет, того не держали под охраной. Это была удобная каюта у дверей которой просто стоял ординарец. Однако инспектор прекрасно понимал своё положение и появился быстрее, чем предполагал этикет деловых встреч.
Звёздное небо куполом лежало над капитанской каютой. Иллюзия — но такая натуральная.
Локьё сидел не на своём месте, а в одном из многочисленных кресел, хаотично развешанных возле подковообразного стола. Вверх он не смотрел.
Инспектор Джастин устроился рядом с ним и стал разглядывать отлично изученные за дни плена очертания: созвездия, построения боевых КК, невозмутимые овалы белых кораблей…
Среди имперских судов наблюдалось оживление — вдруг вспыхивали контуры щитов, маленькие светлячки перемещались, изменяя общую пространственную фигуру построения.
— Он вернулся, — тихо сказал Локьё. — Лендслер вернулся, и имперцы уходят. Белые корабли предостерегали нас от начала военных действий.
— Они говорили с тобой?
Синий эрцог молчал.
Звезды равнодушно смотрели в пустоту. Вряд ли они успевали различать, как сменяются цивилизации людей.
Наконец, Локьё бросил: