— Не могу, — я помотал головой. — У меня этим Дерен занимается, расшифровкой моих химер. Но… — А действительно, что теперь терять, раз влезли? — На «Персефоне» эйниты. Сейчас свяжусь и попробую через них что-нибудь скорректировать.
— Давай, — согласился Мерис. — Только мухой. Я уже отписался Адаму. И видео с лендслером пора запускать.
— Пусть говорит отсюда, мы послушаем, — комкрыла показал мне на капитанский пульт.
Я подошёл к отполированной зеркальной панели. Красиво, но работает-то обыкновенно, наверное?
Провёл ладонью — и пульт послушался. Видимо, из-за стоящего у меня за спиной комкрыла.
Ну и ладушки.
Пока комкрыла вызывал дежурного, выделенку я настроил сам.
Дежурный вошёл и вышел. Вытолкали. Потому что на экране уже возникло лицо Келли, а лишние свидетели нам были не нужны.
Выглядел мой зампотех не лучше присутствующих. Тоже, наверное, не спал эту проклятую ночь.
— Ну что? — спросил я.
Келли поморщился, и я понял: не нашли. Да и отписался бы он сразу, будь у него хоть что-то обнадёживающее.
— Эйнитов мне организуй сюда. Быстро.
Зампотех кивнул и вывел на экран видео из общей каюты.
Сделал он это в одно касание. Я понял, что картинка уже была у него на контрольке. И сразу понял, почему: эйниты как могли принимали участие в поисках.
Они сидели в гостевой каюте, сдвинув диванчики в неровный круг. Двое старших парней медитировали, остальные, видимо, совещались, обнявшись и перешёптываясь.
Данини уловила, что голограмма капитанской сменилась на нашу, и подняла голову.
— Меняйте! — выкрикнула она, встретившись со мной глазами. — Я вижу вас на алайском корабле!
Ришат вскочил. Данни слишком красивая женщина, чтобы не вскочить, когда она так кричит.
Эйнитка была в трансе. Глаза дикие, зрачки расширены. Она видела сейчас не капитанскую «Гойи», а что-то иное. Страшное.
— Совещание будет на алайском крейсере? — быстро уточнил я.
— Пять! — Данини побледнела прямо в кадре, видимо контроль над видением давался ей тяжело. — Я вижу пять северян. И много алайцев. И тебя, капитан. Тебе больно. У тебя болит голова. Очень!..
Она закрыла глаза и задышала тяжело, как от быстрого бега. Кераи обняла её, прижала к себе, и Данини обмякла.
— Ты слышал! — выдохнул Ликста.
Лицо его перекосила судорога, глаза сузились в тонкие щёлки, а кожа стала совсем зелёной. Я вспомнил, что в предках у него были алайцы.
— Кровью мы больше не вытянем, — прошептал он. — Это всё, что мы видели. Меняйте планы.
— Мда, — протянул Мерис, когда я отключился от «Персефоны». — Ты веришь?
— Эйнитам? — переспросил я. — Ты издеваешься?
— Девушка сказала, что совещание пройдёт не на «Эцебате», а на алайском крейсере. Значит, наш план… — начал Ришат.
— Надо подкорректировать. Делов-то, — пресёк пораженческие реплики Мерис.
— Охренеть! — выдохнул генерал Абэлис. — Какая женщина!
— От алайцев можно ждать что угодно! — взвился Ликош. — Алайский корабль — это ловушка!
— А ты как хотел? — удивился я. — Без ловушек, что ли? Мы хотим вынести их, они нас. Полное взаимопонимание.
— Вопрос — как они планируют нас вынести? — Драгое копался в браслете, вспоминая, видимо, что знал об алайцах. — Если искать алайскую пару «Эцебату» — то это «Цербер».
— «Целебер», — поправил Ришат. — Они так это произносят.
Капитаны ввели в схему голомодель тяжёлого алайского крейсера.
— Но почему именно на алайском? — спросил меня Мерис.
Он любил размышлять, мучая меня вопросами, на которые я априори не мог ответить. Правда, постепенно я вырос и тоже научился подкидывать ему неразрешимые вопросы и бредовые теории.
— Алайцы опасаются лендслера. — Предположил я. — Значит, решили что-то противопоставить его ментальному давлению. А что, кроме психомашины? У нас с алайцами очень разные мозги. Они надеются «зажать» человекообразных и устроить им баню.
— Бред, — отрезал Мерис. — Лендслер проходил обряд на Тайэ. Алайцы знают, что такому психомашина, как обезьяне келийский орех. В соке она, конечно, измажется, но не обольщайся, что это кровь.
— Значит, алайцы точно знают, что лендслера на совете не будет! — парировал я. — Значит, я прав — Имэ у них!
Драгое щёлкнул пальцами, привлекая наше внимание.
— Господа, я понимаю, что у особистов свои секреты, но не пора ли посвятить нас в детали?
Мерис его не услышал. Он насупился, глаза загорелись. Генерал думал.
— Допустим, — кивнул он мне. — А северяне? Как защитить северян?