– Да! – Резко перебил Семен. – Вот такой я дурак, чи?! За мной гоняется половина разумных рас галактики, а я до сих пор не знаю – зачем! Может, хоть один из вас, чертовых умников, наконец, объяснит мне, в чем дело? Может быть, это будешь ты, старик? И может быть – чем черт не шутит – я тогда и сам соглашусь вам помочь?
– Может быть, – согласился чи-при. – Этот вариант еще не использовал ни кто, так что вполне можно и попробовать.
Семен подавился своим следующим ругательством. Да неужто? Вот так возьмет все и выложит? Черта с два, скорее опять провокация! Хитрая, пятислойная, с подходцем и обхожденицем! Попытка купить на откровенность… Ну что ж, посмотрим насколько далеко готов зайти этот чи. Он, кажется, угрожал его спутникам?
– Где моя команда? – спокойно произнес Семен.
– Кто, прости?
– Моя команда. Человек, лер и птенец. Госпожа Бертье их, надеюсь, не прикончила?
– Нет. Но… твоя ли это команда, Чистоплюй? Совсем недавно ты не проявлял к ним даже сочувствия.
– За неимением лучшей.
– Даже лер и птиц?
– Даже Бертье. И, кстати, чего это она взбрыкнула там, на корабле?
Чи-при пожал плечами. Ох уж эта накладная человеческая моторика!
– Скорее всего, случайно. Это конечно была наша закладка – вариант «ва-банк». Но сработать она должна была лишь при полном провале, чтобы дать шанс спасти хоть какую-то информацию. Пусковой механизм был замкнут на вполне определенное эмоциональное состояние, однако, лишив Бертье зрения, ты разрушил ее расчётный эмоциональный спектр. Удивительно еще, что закладка не сработала раньше.
– Вот как? – Смен усмехнулся. – Ну, в таком случае, вам придется вернуть ей глаза. Они у нее всмятку, но вы сможете. После того куда вы вставили ей сердце – еще и не такое сможете.
– Конечно, – чи-при кивнул. – Но это займет время. Ты уверен, что готов ждать?
Семен прищурился.
– Ну, ведь ты же готов. Жустин пасла меня два года, может и сама того не понимая. Собирала крохи информации: мои оговорки по пьяни, мои маршруты в Лерон, обрывки сведений из полицейских архивов, фактики из прежней биографии, знакомства, имена… А ты терпеливо ждал, старик. Значит, время терпит, подождем и еще пару суток.
Секунду Семену казалось, что вот прямо сейчас чи-при моргнет глазом, и ошейник переломит позвоночник землянину, который даже из положения «согнутый в бараний рог» вздумал диктовать условия. Однако инопланетчик спокойно поднялся на ноги, и двинулся к двери.
– Время больше не терпит, Сикорский, – произнес он в пол оборота. – Ты поймешь это, когда я вернусь с ответами, которых ты ждешь. Но я готов пожертвовать даже временем – последним, что у нас осталось. Надеюсь, эта жертва будет оценена тобой, иначе нас всех ждет ад, по сравнению с которым исполненный вечный ордер покажется передышкой в раю.
Либо в сутках чи-при было куда меньше часов, чем в земных, либо их технология работы с биомассой радикально опережала все известные Семену. Вместо напророченных им «пары суток», в которые едва ли уложился бы даже лучший реабилитационный центр Земли, инопланетчики управились с трансплантацией за ночь. Где они взяли для этого пару человеческих глаз, не хотелось даже гадать.
Едва чи-при ушел, ошейник Семена снова примагнитился к ложу, но остался предельно растянутым. Семена еще раз накормили, удовлетворили его гигиенические потребности именно тем варварским способом какой он и предполагал. Потом он умудрился впасть в забытье и крепко выспаться.
Утреннего кормления не состоялось. Вместо него дверь открылась и в камеру вошла Жустин. Одна, своими собственными ногами, не пытаясь держаться за стену. За ночь чи-при умудрились не только провести трансплантацию, но и полностью реабилитировать пациентку. Ни капли неуверенности в движениях, ни тени попытки защитить вновь обретенное зрение от ярко вспыхнувшего света.
В ту же секунду ошейник Семена отлип от ложа. Он уселся, разминая шею и молча глядя на гостью.
Жустин сделала два порывистых шага навстречу, замерла на миг, глубоко вздохнула, сжав кулачки. И уже спокойной деловой походкой приблизилась вплотную.