Шум сзади! С хищным оскалом и непониманием в глазах Ник валится на пол, а Жустин отбрасывает в сторону обломки стула.
И снова развернуться! Джонни-Невада – вот он главный противник, негласный чемпион отсека №3 абордажного транспорта… Уже в стойке, в непробиваемой обороне, готовый к сокрушительной атаке… Черта с два с ним можно драться честно! Быстрый двойной подшаг, и в подкате на колени… Левая защищает голову и едва не отнимается от молодетского наката сверху вниз пудовым кулаком. Зато правая, коротко, но точно, в самую уязвимую точку чуть пониже живота…
– Жус беги, нах!.. Ты мне мешаешь!
Она пятится и кричит уже действительно на бегу:
– Сема, быстрее! Без тебя не полечу!..
Твою ж мать!
– Пацаны! – ревет с колен согнутый в бублик Джонни. – Наших бьют!..
И вот тогда становится не до драки. Он уже понял, уже увидел, куда ему надо. Вон она впереди – широкая подкова пульта контроля тяги, оборотов и нагрузки турбин, заряда накопителей и даже телеметрии. Хороший пульт, многофункциональный. И еще вон та пристроенная сбоку секция, которой вроде раньше не было. Впереди… Всего в сорока шагах. Но перед ним уже вырастает живой заслон – человек десять не меньше. А остальные – сколько ж тогда уцелело народу в отсеке? – уже бегут навстречу. Не убить и даже не ударить, едва проклюнувшийся прозревший слишком ценен. Вцепиться, не пустить, удержать…
Уклонение, сброс захвата, простые дворовые плюхи налево и направо, уже без всякой техники, но противники катятся под ноги остальным, заставляют спотыкаться, мешают… И все же их много. Слишком много.
За пять последних шагов чья-то пара рук, наконец, вцепляется в штанину. Нога подворачивается и… И все. Десятки рук вцепляются в конечности, десятки тел валятся сверху. Не то что двинуться – вздохнуть едва получается. Лишь отчаянный, рвущий связки крик, словно из-за леса: «Сё-ома-а!..»
– Поднимите! – приказал Джонни, приближаясь. – И держите крепче… Все-таки ты дурак, Чистоплюй. Ты хоть понимаешь, что все это в твоей голове? Ты уже прокачан, новые установки личности все равно начнут действовать, нужно только немного подождать! Собственно это мы и есть – твои новые установки. Зачем воевать самому с собой?
– Ну, ты же знаешь, я всегда был склонен к рефлексии, – Семен скосил глаза на шум в дальнем конце отсека. Как раз там кажется люк в коридор на казематную палубу. – И еще: чей бы ты ни был интерфейс, Джонни, твой бог из машины кажись облажался, связавшись с шизофреником. У нас здесь коллективный бред.
Шум вроде бы стал ближе и тогда Джонни тоже обернулся. И, изменившись в лице, закричал:
– Взять! Трое держат этого, остальным – урыть девчонку!
Стена тел с размытыми лицами зашевелилась, быстро поредела и рассосалась, выполняя приказ. И тогда Семен вдруг засмеялся. От души, едва не взахлеб.
– Чего скалишься, Чистоплюй? Считаешь, не справлюсь?
– Я… никогда не думал, что… захочу расцеловать надзирателя чи-при!..
По отсеку метался вихрь. Молниеносно быстрый, на грани фиксации взгляда, гибкий и красивый как балет, смертельный как бросок удава. Куда смертельней чем в прошлый раз, потому что теперь у Жустин были глаза.
– Мочи суку! – взревел Джонни осознав происходящее.
И кто-то из статистов выхватил ножи, кто-то саданул длинной очередью из карабина…
В ответ прилетела сбитая с плеч голова недоптица…
Бывший прозревший лер раскроил себе череп, въехав им в угол кожуха накопителя…
А карабин захлебнулся пустым магазином…
А нож уже был в руке Жустин…
И Семен понял – ее не остановить. А через секунду это понял и Джонни-Невада. Вперед он кинулся от отчаяния, крича ругательства и тоже выхватывая клинок. Чемпионом третьего отсека он был не даром – продержался на три секунды дольше любого из тех, чьи бессознательные или даже бездыханные тела усеивали сейчас палубу.
– Сема, извини… – проговорила Жустин, восстанавливая едва сбитое дыхание. – Я тут прибралась маленько… у тебя на чердаке…
Джонни скрипел зубами у ее ног, железной хваткой взятый на болевой.
– Что ты хотел от этого пульта? – осведомилась Жустин. – Делай быстрей… Долго не продержусь…
Семен недоуменно поднял бровь. Оценил беспомощное состояние обезоруженного противника, пробежался взглядом по телу спасительницы… И, поняв, куда делся нож Невады, забыл сделать следующий вдох.
– Тина! Спокойно… Скажи, ведь печень у тебя тоже пересажена? Нет?
– Нет, – она вымученно улыбнулась. – Это единственное, что было на своем месте. Зараза, больно-то как!.. Займись делом, прозревший… Поторопись.
– Не смей! – прохрипел Джонни. Он конечно уже знал, что собирался сделать носитель его персонального воспоминания. – Ты не представляешь, какая мощность нужна для нового запуска процесса! Чтобы пробить первый коридор понадобилось выкачать энергию из столкновения двух соседних галактик!