Она вернулась уже из коридора. Либо сама поняла, либо просто блеснула в ее душе безумная надежда на киллера-профессионала…
– Какое оружие на борту? – бросил Семен, тоже вскакивая. – Сколько человек экипаж? Всех под ружье, готовиться к абордажу!
– Дурак! – вскричала Жустин. – Какой экипаж? Здесь всюду автоматика, на борту больше ни кого нет!
– Ну, тогда… – Семен осекся, но все же закончил: – Тогда – кранты. Даже помолиться за нас некому.
Он смерил беспробудного лера ненавидящим взглядом, будто именно он был во всем виноват. Впрочем, возможно и был. Скажи он о прозревших пораньше…
– Жуси, прости, – выговорила Нэсултэ, трясущимися губами. – Это все из-за меня. Постарайся остаться в живых, очень тебя прошу…
Та собралась что-то возмущенно ответить, но в этот момент наконец-то в борт ударило. Жестко. По-настоящему. Брызнуло стекло дорогих светильников. Грохнул об пол сорванный с переборки видеоэкран, вдребезги разлетелась замысловатая посуда с привинченного к полу не менее замысловатого столика…
Лера и Жустин выбросило из кресел. Семена с нанайкой бросило на разом покоробившийся паркет. Где-то в коридоре взревела сирена аварийной тревоги, перемежаясь с сигналами опасной разгерметизации. И тут же утонула в грохоте нового удара. Волна спрессованного, провонявшего сгоревшей взрывчаткой воздуха пронеслась по коридору, заглянула мимоходом в салон, вздыбила ковер, подмела мусор, словно шрапнель метнула перед собой битое стекло… Семена, едва поднявшегося на четвереньки, снова приложило затылком о переборку. Плюс короткая ударная декомпрессия, плюс ни куда особенно не девшееся похмелье, черт его дери!..
Как в тумане, с наглухо заложенными ушами, он наблюдал за бесшумными быстрыми фигурами в армейских броне-комбинезонах, мелькающими в проеме, заполнявшими некогда роскошный салон… Вот кто-то подхватил его под локти, вздернул, вывернул, да так и оставил стоять в полупоклоне, на подгибающихся коленях… Еще двое точно так же вздернули нанайку, всмотрелись в лицо и отступили на шаг, цепко держа на прицеле. Жустин со святым отцом грубо вернули в кресла, приставили к головам по стволу.
И только тогда, наконец, появился звук. Страшный звук – где-то в коридоре надрывно свистел утекающий за борт воздух.
В дверях появилась еще одна фигура. Смутно знакомая, долговязая, без оружия, зато с характерной бородкой на ни чем не защищенном лице… Карлос! Вот как он оказывается выглядит без смокинга.
На секунду Семен испытал постыдное сладостное облегчение, словно захваченный врасплох приступом диареи все-таки успел добежать до унитаза… Нет, правда, может не все так уж плохо? Хотя бы не лерский патруль, не наряд комитета Чи-при, и даже не загадочные прозревшие!.. Затем в исстрадавшейся за утро голове сложились два и два, и ему снова стало плохо. Даже хуже чем было. Уж если правая рука главы пиратского клана штурмом берет яхту его дочери – на то должна быть веская причина.
– Та-ак, – протянул Карлос оглядываясь. Его цепкий взгляд презрительно смерил Нэсултэ, задержался, прищурившись, на Жустин, удивленно споткнулся о тело лера… и, наконец, удовлетворенно остановился на Семене.
– Сикорский и компания, – проговорил Карлос, проходя в салон. – Ну что же, чего-то подобного я и ожидал. Жаль, что мистер Копье меня не послушал сразу – дождался доказательств. Я тебе говорил, что этим кончится, Чистоплюй?
Семен молчал, и Карлос закончил сам:
– Говорил. И, посмотри-ка, оказался прав!
– Ты мне кое-что обещал, – выдавил Семен, кивнув в сторону Жустин.
– Но ты же так и не прислал мне курьера с отчетом, – отозвался Карлос. – Впрочем, я все равно сдержу слово. Она не пострадает.
– Скотина… – прошипела Жустин. Разобраться в обстановке на слух для нее труда не составило, звучало все слишком красноречиво. – Я тебе верила… Ни когда тебя не подставляла…
– Мне ты тоже кое-что обещал! – выкрикнула вдруг нанайка, – И я тебе тоже верила!
– О, что ты, милая, – немедленно переключился Карлос. – Тебе единственной я здесь ни чего не обещал. Я просто провел операцию по выявлению заговора против господина председателя… Кстати о нем. Больше ведь на этой посудине ни кого нет?
Последний вопрос был адресован одному из десантников, и тот отрицательно мотнул головой.
– Ни кого, босс. Только эти четверо.
Карлос отступил в коридор и кому-то кивнул. В ответ звякнул мусор, захрустело стекло под еще чьими-то не слишком твердыми шагами и на пороге изуродованного салона появился господин председатель лично. По левую руку его материализовался какой-то невзрачный тип с планшетом наготове. Позади маячили головы пары личной охраны. Но все это было не важно, потому что этот маленький, сморщенный, престарелый нанаец несомненно был сейчас самым опасным человеком в этом маленьком уголке космоса.