— Зря, — ответила Джо. — Я думаю, Кираз был хорошим человеком.
— Ага, даже слишком, — буркнул Раз. — Тебе не пора?
Девушка выбралась из-под одеяла и уселась на краю кровати.
— Конечно пора. Завтрак почти готов.
Губы Раза тронула грустная улыбка. Каждый здесь прятал лицо от прошлого. Джо в детстве пережила страшный голод — в лютую зиму, когда из всех городов и деревень гнали «грязных» оша. И она, казалось, до сих пор не могла утолить тот голод и постоянно что-то грызла и жевала.
Девушка надела длинную юбку с неровным краем, блузку с широкими рукавами и подвязала волосы. Уже на пороге она обернулась:
— Раз, а знаешь, кто ты?
— Кто?
— Молоко и мёд. Если перегреть, будет невкусная пенка, но если верно выбрать температуру, получится вкусный сладкий напиток. Да только никто не знает, какая температура правильная. Позволил бы ты кому-нибудь подобрать её.
— Ты даже думаешь категориями еды? — усмехнулся Раз.
— Да. Я уже всех распределила, — Джо, улыбнувшись, выскользнула из комнаты.
Раз вздохнул и запрокинул голову к потолку. Была однажды девчонка, которая подобрала правильную температуру, да ничего из этого не вышло. Вроде бы ей по-прежнему хотелось найти нужное значение, иначе бы она не оставалась в «Вольном ветре», который так не любила — но вспоминал об этом Раз всего единожды за день, с шести тридцати до семи тридцати, когда действие старой таблетки почти кончилось, а новой ещё не началось.
Найдер, тяжело опираясь на трость, прошёл по первому этажу таверны и замер у лестницы — всего секунда, сейчас он продолжит. Парень бросил куртку в угол и рукавом рубашки утёр лицо от пыли, грязи и крови. Вряд ли это сделало лучше, но да ничего — его видели в состоянии и похуже.
Сцепив зубы, он заковылял по лестнице. Чертов Орманд знал в какую ногу бить. Ещё бы, два десятка лет назад он сам давал деньги на лечение этой ноги.
Наверху оша крикнул:
— Тащите задницы, надо поговорить!
Джо первой выскочила из комнаты и оказалась в кабинете раньше, чем до него доковылял Найдер. Сестра с ногами забралась на диван в потёртом чехле и протянула:
— Да, Най, а ты всё такой же… Тебе бы к Фебу сходить.
Девушка перекинула апельсин из одной руки в другую и назад.
Со вздохом Найдер опустился в кресло и положил ладони на стол. Это был не стол — старая дверь, лежавшая на кирпичах. Самое ужасное в мире наследство! Он появился ещё в первый год открытия таверны. Отец всё шутил: будет выручка — будут настоящие дела, тогда и кабинет себе обустроит.
Тот момент не настал. У Найдера были деньги на хорошую мебель, но он хотел выполнить желание отца — сделать настоящий кабинет, только когда выручку принесёт таверна, а не продажа очередной украденной вещицы.
Следующей зашла Рена и замерла на пороге.
— Помолчи, солнце, я живой, — буркнул Найдер и, достав из кармана, с ударом руки положил на стол вырванную из уха золотую серьгу — такие носили все мужчины-оша.
— Нет уж! Я не хочу смотреть, как ты болтаешь, а кровь льёт во все стороны. Хватит играть в мужика. Ты сейчас же пойдёшь к Фебу, и он осмотрит тебя.
— А ты не играй в мамку.
Девушка недовольно упёрла руки в бока. Ну точно мамка. Если кто здесь и умел заботиться о других, то это Рена, но чаще от её заботы просто становилось тошно. Все ведь знали, во что ввязывались, и сами выбирали риск и боль в обмен на награду.
Впрочем, в сказанном была истина, но Найдер чувствовал, что уже не сможет спуститься по лестнице — боль протянулась выше, казалось, всю ногу ниже колена он сунул прямо в костёр. Фебу действительно нужно показаться, но позднее. Он не будет ползать на глазах у всех.
Джо прищурилась — Найдер был уверен, что она поняла его мысли. Чертовы оша, провести их удавалось не каждому. Сам был таким же.
— А я позову его, — сестра быстро выбежала из комнаты — так легко, как он никогда не мог и не сможет.
Рена кивнула ей и села на стул у окна, которое выходило на глухую стену дома напротив. Видок был так себе, но почему-то девушка любила именно это место.
В дверях Джо столкнулась с Разом. Они переглянулись и сразу разошлись. Парень сохранил равнодушное лицо, увидев Найдера, но всё равно спросил:
— Опять Орманд?
Кивок в ответ.
— Что на этот раз? — рыжий сел на диван, достал из кармана пачку сигарет, помял её в руках, но так и не закурил.
Найдер молчал, раздумывая, что стоит сказать, а что лучше придержать при себе. Наверное, только Раз понимал его — тот сам хранил тайн не меньше. Аристократ чертов! Столько лет пришлось ждать от него признания. Всё врал, что он из Цая, ага. Теперь, видимо, столько же ждать, чтобы узнать, почему он так изменился, услышав имя Лаэрта Адвана.