Вагон пах масляной краской и деревом. Осматривая латунные цифры, крепившиеся на деревянной обшивке над каждым креслом, Рена нашла своё место и сразу отодвинула шторку из бархатной тёмно-красной ткани с золотыми кистями, чтобы видеть перрон.
С улицы послышался второй удар колокола — две минуты до отправления.
Впереди сел мужчина и сразу закурил. Сморщившись, Рена прижала руку к носу. Если бы Лаэрт Адван не должен был ехать здесь, она бы никаких денег не пожалела, чтобы купить билет в вагон для некурящих.
По-хозяйски оглядываясь, взад-вперёд прошёл кондуктор в чёрном мундире с серебряной портупеей. Один из старших — такие ходили в вагонах для богачей, чтобы следить за их спокойствием и выполнять капризы. Младшие были заняты обслуживаем поезда и на людей не обращали внимания вовсе.
Послышался третий удар колокола, поезд тронулся, всё громче и громче стуча колёсами. Позади остались вокзал, промышленная часть Норта, и начались густые хвойные леса.
— Прошу сюда, пожалуйста, — вернувшись, кондуктор указал пассажиру на свободное кресло в нескольких рядах от Рены.
Это худое лицо с тонкими чертами было знакомо ей по афишам и листовкам, увиденным в Кионе. А если бы и нет, она бы его всё равно узнала — похожее лицо девушка видела изо дня в день уже больше трёх лет. Только сейчас вместо медных волос были тёмные.
Рена вытянула шею и уставилась на мужчину. Положив чемодан на сетку под потолком, тот сел и достал книгу. Определённо его можно было назвать красивым, но строгость, которая ощущалась во всём его облике, оставляла какое-то опасливое чувство. На секунду Лаэрт оторвал взгляд от книги, посмотрел в пустоту и улыбнулся печальной улыбкой, сразу сделавшись мягче.
— Девушка, — позади послышался скрипучий старушечий голос. — Ну что вы так ёрзаете, вы мне мешаете!
Рена, не обратив внимания, всё тянула шею, вглядываясь в Лаэрта. Найдер передал слова Кантора Ризара о том, что дан Адван никогда не остаётся один, к нему трудно подобраться, но сегодня что-то пошло не так. А если свои записи он действительно носил с собой, то вот же, чемодан в такой близости!
Схватил — беги. Странная беспечность для того, кто, судя по рассказам, тот ещё хитрец. Может, Кантор преувеличил? Или соврал? Но зачем тогда? И зачем обещать столь большую сумму, если найти Лаэрта оказалось достаточно просто?
Рена перестала тянуться и отвернулась к окну, уставившись на заснеженный лес, быстро проносящийся мимо.
Да, Лаэрт не мог быть таким беспечным. Хорошо, что Найдер предусмотрел разные варианты, продумывая дело, но… Странное это дело, всё-таки. Слишком много вопросов оно оставляло. Они ведь даже о заказчике ничего не знали! Надо поговорить с оша, когда они вернутся в Кион. Хотя нет, Найдер в погоне за большой наградой легко закроет глаза на любой риск. Лучше поговорить с Разом. Но дело касается его брата, он тоже не отступит. Рена вздохнула. Надо ей самой, пожалуй, разузнать о Канторе Ризаре.
— Девушка, — опять послышался противный голос старухи. — Ваше кресло скрипит, это меня отвлекает, сделайте что-нибудь!
— Не кричите, я работаю! — воскликнул попутчик, сидящий с другой стороны, отрываясь от записей.
— А вы мне не грубите! — мигом отозвалась старуха.
— Я вам не грубил, дана! — опешив, мужчина нервным движением поправил очки. — Просто не кричите, пожалуйста.
— Вы мне что, приказываете?!
Рена прижалась к окну, пытаясь делать вид, что её ссора не касается. Вот тебе и цвет Норта и Киона — перебранка, как у торговок на рынке.
С шумом захлопнулась книга. Рена выпрямилась и увидела, как фигура в сером пиджаке направилась к выходу из вагона. Чемодан остался на сетке. Нет, Лаэрт не мог быть таким беспечным, просто не мог! Но, как только Раз окажется рядом, всё равно стоит сказать другу, чтобы тот проверил вещи.
Девушка выждала минуту и пошла следом.
— Вы опять скрипите! — крикнула старуха вслед.
Переход встретил лязгом колодок и холодом. Рена с силой толкнула дверь и оказалась в вагоне-ресторане. Поезд отошёл недавно, но люди уже с удовольствием пили чай и кофе, закусывая пирожными и бутербродами. Внутри было теплее, чем в первом классе, а воздух пах сладостями и цветами.
Свободными оставались всего два места — напротив Лаэрта и напротив мужчины в чёрном. Если сесть к незнакомцу, то она окажется спиной к Адвану и не сможет следить за ним. Но и садиться к брату Раза было опасно.
«Хорошо», — Рена решительным шагом подошла к мужчине в чёрном и улыбнулась ему:
— Извините, дан, могу ли я присесть? Свободных мест почти не осталось, но я погибну, если не выпью кофе.