Однако вернулся бастард с множеством боевых шрамов и славой, бегущей далеко впереди него.
На лице у него были шрам и повязка, скрывающая пустую глазницу. Он был выше, шире, тяжелее, чем любой эльф при дворе. По эльфийским меркам красоту его это сильно убавило. Невероятно уверенный в себе и своих силах, он вернулся совершенно иным.
Вэлиан довольно быстро нашёл союзников и стал наращивать влияние при дворе. Молва северян распространилась по всей империи, и он стал любимцем народа. Он отправлялся защищать границы и неизменно возвращался с победой. Жители начали говорить о нём как о будущем правителе. Аэлиндор, почувствовав угрозу своему положению, вызвал его на аудиенцию, длившуюся несколько долгих часов. После чего его ссылают в Академию. Формально это почётное назначение и вклад в мирное сосуществование. Император же этим решением избавлялся от множества проблем.
Много слухов о нём ходило и ходит. Сколько в них истины — никто не знает, да и слухи, как известно, имеют свойство обрастать подробностями.
Прядущей было всё равно, что из этого правда, а что нет. Какое-то время, как и полагается при первой встрече, они заговорили о погоде, о том, как рано встаёт солнце, и что новый учебный год всегда начинается с суеты. Весса поддерживала разговор машинально.
Через четверть часа ректору и самому надоела игра в вежливость — терпеливостью он не отличался. Поняв, что собеседница легко может поддерживать бессмысленную болтовню хоть битый час, он не поленился сменить тему разговора.
— Так… значит, вы курируете отстающую группу, — продолжил эя Эмэн`ти. В его голосе отчётливо прозвучала заинтересованность. — Есть ли успехи?
Весса пожала плечами.
— Смотря что Вы хотите узнать. Если мы говорим о потенциале учеников, то, скорее всего, все они будут приняты к зимнему празднику.
— А с какой стати мне быть заинтересованным в этих детях? — усмехнулся Вэлиан. — Меня куда больше занимает другое: каково слабому человеку, уж простите за прямоту, в этом оплоте недоброжелательности?
Она удивлённо посмотрела на него: «Круто разговор свернул». Он продолжил, не давая ей ответить:
— Пара наставников вашего народа с гордостью разносят весть о твоём назначении. Нечасто такие высоты покоряются людям без роду и племени. Вы двигаете своих вперёд, сами того не замечая. И это большая услуга, как бы вы к ней ни относились.
— Я не задумывалась об этом.
— Тогда Вы глупее, чем я думал.
Девушка нахмурилась.
— И когда же Вы, интересно, успели обо мне подумать?
— О, о Вас много кто успел подумать. Сколько всего хорошего сказали о вашем назначении фэйри и не счесть. Ри Мирёну на радость: он всегда всех ненавидел одинаково.
— Отрадно слышать, — сухо бросила собеседница.
— Я служу Академии со дня основания, и поверьте, иной раз заняться здесь особо нечем. А подобные события случаются крайне редко. С Вашей стороны очень недальновидно не думать о последствиях. Потому и говорю: не думать о том, какое влияние Вы оказываете, это глупость. Особенно в таком месте, как это.
— Да что вы говорите, — у неё дёрнулся уголок рта. Скопившиеся усталость и раздражение готовились вот-вот вырваться наружу: как же ей надоели все эти умники. С момента как она попала в Академию, каждый считал своим долгом рассказать все премудрости и научить её жизни. — Надо же, а я и не знала, куда попала. Думала, моя работа просто учить учеников. Оказывается, я ещё и должна следить за тем, кто и что обо мне говорит. Чудно.
— Не стоит так реагировать, — примирительно сказал ректор. — Мне жаль, если это прозвучало так, будто я вас поучаю. Скорее я хотел донести, что если вы сами не понимаете своей ценности, кто-то другой обязательно воспользуется этим. И вы даже не заметите, как перестанете принадлежать самой себе.
— Если вы хотели испортить и без того поганое настроение — вы преуспели.
— Ох, разве это может испортить настроение? — лицо Вэлиана озарила улыбка, как у мальчишки, что затеял пакость. — Ждите. Скоро настанет моя любимая пора.
— Какая?
— Налаживание связей. Как только суета нового учебного года стихнет, перво-напрево непременно Вас выловят свои же. Потом, раз уж с фэйри сдружиться не удастся, к вам присмотрятся эльфы. Ну а о дальновидности гномов, что заводят себе друзей везде и всюду, и говорить не приходится. — улыбка мужчины стала откровенно гадкой. — Ближайшие пару месяцев даже не мечтайте о свободной минуте.