Тогда встал Артур Селвин и объяснил, что перерасход вызван дополнительными объемами строительства, а также разовыми тратами при вводе универмага в действие, потребность в которых больше не возникнет. Он указал также, что в строго коммерческом отношении за первый квартал второго года работы компания свела бюджет без дефицита, и добавил, что уверен в положительных результатах предстоящего года, тем более что ожидается наплыв туристов в связи с предстоящим фестивалем. Однако, предупредил он акционеров, компании могут потребоваться дополнительные капиталовложения, если она решит расширить сферу своих услуг.
Когда Чарли объявил собрание закрытым, в зале раздались аплодисменты, которые оказались столь неожиданными для него, что он еще некоторое время продолжал сидеть на своем месте.
Бекки собиралась возвратиться в свой салон и продолжить подготовку к распродаже работ импрессионистов, которую она намечала на весну, когда к ней подошел Баверсток и слегка тронул ее за локоть.
— Могу я поговорить с вами с глазу на глаз, леди Трумпер?
— Конечно, мистер Баверсток. — Бекки поискала глазами место, где можно было бы уединиться для беседы.
— Я думаю, что для этой цели больше подошел бы мой кабинет в Хай Холборне, — предложил он. — Видите ли, это довольно деликатное дело. Вас устроит, если встреча состоится завтра в три часа дня?
Дэниел позвонил из Кембриджа в то утро, и Бекки не могла припомнить, когда еще он был таким разговорчивым и переполненным новостями. Сама же она, напротив, была не склонна к разговорам и обмену новостями, ибо до сих пор не могла понять, зачем старшему компаньону фирмы «Баверсток, Диккенс энд Кобб» понадобилось видеть ее по «довольно деликатному делу».
Она не могла поверить в то, что жена Баверстока решила вернуть буфет Чарлза Второго или хотела узнать дополнительные подробности о распродаже импрессионистов, но, поскольку волнение у нее всегда брало верх над оптимизмом, Бекки провела следующие двадцать шесть часов в ожидании худшего.
Она не стала докучать своим беспокойством Чарли, поскольку, зная Баверстока, была уверена в том, что если бы дело касалось и ее мужа тоже, то адвокат не замедлил бы пригласить их обоих. К тому же у Чарли и без нее хватало проблем.
Отказавшись от ланча по причине отсутствия всякого аппетита, Бекки приехала в адвокатскую контору за несколько минут до назначенного времени и сразу же была приглашена в кабинет Баверстока.
Коллега директор встретил ее такой теплой улыбкой, какой обычно встречают своих родственников, и предложил ей место напротив себя за большим столом красного дерева.
Баверсток, которому, на взгляд Бекки, было около пятидесяти пяти лет, с добродушным лицом и жидкими прядями седых волос, аккуратно разделенных посередине пробором, в темном пиджаке, жилетке, серых в полоску брюках и черном галстуке, ничем не отличался от любого из адвокатов, практиковавших в округе. Вернувшись на свое место, он посмотрел лежавшую перед ним подшивку документов и снял свои полукруглые очки.
— Леди Трумпер, — начал он. — Это очень любезно с вашей стороны, что вы пришли на встречу со мной.
За те два года, в течение которых они были знакомы, он ни разу не обратился к ней по имени.
— Я перейду прямо к делу, — продолжал он. — Одним из моих клиентов был покойный сэр Раймонд Хардкасл. — Бекки удивилась, почему он никогда не упоминал об этом прежде, и уже собиралась возмутиться, когда Баверсток поспешно добавил: — Но спешу заверить, что миссис Трентам не является и никогда не являлась клиентом этой фирмы.
Бекки не стала скрывать своего облегчения.
— Должен сказать также, что я имел честь служить сэру Раймонду на протяжении тридцати лет и фактически считал себя не только его юридическим советником, но к концу его жизни и близким другом тоже. В дальнейшем, когда вы услышите все, что я хочу сказать, эта информация может оказаться уместной.
Бекки кивнула, все еще ожидая, когда Баверсток перейдет к делу.
— За несколько лет до своей смерти, — продолжал адвокат, — сэр Раймонд составил завещание. В нем он поделил доход от своего имущества между своими дочерями — доход, который значительно возрос после его смерти, должен я заметить, благодаря расчетливому вложению капитала с его стороны. Старшей из них была мисс Ами Хардкасл, а младшей, как вы знаете, является миссис Джеральд Трентам. Доход от имущества был вполне достаточным для того, чтобы обеспечить им условия жизни, к которым они привыкли при жизни отца. Однако…
«Доберется ли он когда-нибудь до существа дела?» — думала про себя Бекки.