— Чарли Трумпер, — прошептал он, глядя на нее, — ты слепой, и ты был им ужасно долго.
Откинув покрывало, он уложил Бекки между простынями, как это делали медицинские сестры с ранеными на Западном фронте. Подоткнув покрывало так, чтобы она не свалилась вновь, он наклонился и поцеловал ее в щеку, прежде чем покинуть квартиру.
— Ты не только слепой, Чарли Трумпер, ты еще и глупый, — говорил он, закрывая входную дверь за собой.
— Подойду к тебе через секунду, — сказал Чарли, бросая на весы несколько картофелин, пока Бекки терпеливо ждала в углу магазина.
— Что-нибудь еще, мадам? — спросил он покупательницу в голове очереди. — Может быть; несколько мандаринов? Яблок? У меня тут есть прекрасные грейпфруты, прямо из Южной Африки, поступили на рынок только сегодня утром.
— Нет, спасибо вам, мистер Трумпер, этого будет достаточно на сегодня.
— Тогда с вас два шиллинга и пять пенсов, миссис Симмондз. Боб, продолжай обслуживать следующего покупателя, пока я переговорю с мисс Сэлмон.
— Сержант Трумпер!
— Сэр, — мгновенно отреагировал Чарли, услышав зычный голос. Обернувшись, он увидел прямо перед собой высокого мужчину, прямого, как шомпол, и одетого в твидовый пиджак, кавалерийские брюки из твида и державшего в руках коричневую фетровую шляпу.
— Еще не бывало такого, чтобы я забыл чье-либо лицо, — сказал мужчина, и Чарли так бы и остался стоять с непонимающим видом, если бы не монокль.
— Бог мой, — проговорил Чарли, вытягиваясь по стойке «смирно».
— Нет, «полковника» будет достаточно. — Засмеялся мужчина. — И не надо никаких таких фокусов. Те дни давно уже позади. Так сколько же прошло времени с момента нашей последней встречи, Трумпер?
— Почти два года, сэр.
— Мне казалось, что меньше, — задумчиво произнес полковник. — Вы все-таки были правы в отношении Прескотта, ведь так? И оказались ему верным другом.
— Он был мне верным другом.
— И настоящим солдатом, по праву заслужившим свою военную медаль.
— Полностью с вами согласен, сэр.
— Вы тоже должны были получить медаль, Трумпер, но разнарядка закончилась на Прескотте. Боюсь, что вы были отмечены лишь в сводках.
— Медаль получил тот, кто ее больше заслуживал.
— Ужасная смерть, тем не менее. Знаете, эта мысль до сих пор не дает мне покоя, — признался полковник. — Всего в нескольких ярдах от позиции.
— Это не ваша вина, сэр. Если кто виноват, так это я.
— В этом не виноват никто, и уж точно не вы, — заметил полковник. — И лучше забыть об этом, мне кажется, — добавил он без дальнейших объяснений.
— Так как же идут дела в полку? — спросил Чарли. — Справляются без меня?
— Боюсь, что без меня тоже, — сказал полковник, складывая яблоки в свою сумку. — Они отбыли в Индию, но прежде отправили старую лошадь щипать травку.
— Мне жаль слышать об этом, сэр. Ведь в полку проходила вся ваша жизнь.
— Вы правы, но даже фузилеры вынуждены сдаваться перед старостью. А потом, если говорить честно, я пехотинец и всегда им был, поэтому никогда не пойму этих новомодных танков.
— Если бы мы получили их на пару лет раньше, сэр, они бы спасли кой-кому жизнь.
— Надо признать, что они сыграли свою роль, — кивнул полковник. — Несколько утешает то, что я тоже сыграл свою роль. — Он потрогал узел своего галстука в полоску. — Увидимся на полковом ужине, Трумпер?
— Я даже не знал, что такой устраивается, сэр.
— Дважды в году. Первый раз в январе, только для мужчин, а второй раз в мае с супругами, когда устраивается бал. Это дает товарищам возможность собраться вместе и потрепаться о старых временах. Было бы прекрасно, если бы вы приняли участие, Трумпер. Понимаете, в этом году я являюсь президентом организационного комитета и весьма заинтересован в достойном представительстве.
— Тогда засчитайте меня, сэр.
— Прекрасно. Я прослежу, чтобы канцелярия, не откладывая, связалась с вами. Десять шиллингов билет, плюс все то, что вы сможете выпить. Я думаю, это не будет вам в тягость, — добавил полковник, оглядывая оживленный магазин.