Они и впрямь отбывают, но остаётся множество других гостей. Дени только и успевает отвечать на вопросы – а каков Бонапарт, сам по себе и в бою, и что он думает про магов, и с чего он вдруг решил вернуть магам все наследственные права, и что он хочет взамен. И в самом ли деле готов возвращать собственность – ведь что-то конфисковали, далеко не всё скрыли. Кто-то эмигрировал ещё до великого исхода Анри де Рогана, кто-то и не подумал обратиться к принцу и компании.
- И что, если я вернусь, меня возьмут на службу? И жалованье положат? И дом вернут? – спрашивал барон Сен-Арно, лет так тридцати пяти, мощный здоровяк, но маг слабенький, насколько видел Дени.
- Мои владения конфисковали в самом начале, я могу претендовать на то, что получу их в полном объёме? – интересовался господин де Грантен, щуплый и сухой, вовсе не маг, Дени припоминал, что вроде бы тот был поставщиком зерна для армии, одним из.
И таких вопросов ему задавали множество, и он мог ответить только одно.
- Господа, вам необходимо обсуждать все эти детали лично с Первым консулом. Он настроен помогать всем тем, кто готов служить на благо Франкии, без разницы – маг или нет. Если вы готовы – рекомендую рискнуть.
Расходились в задумчивости – кто-то был готов рисковать, кто-то – нет. Да, жизнь в эмиграции не сахар и не мёд, и если не нашёл здесь какого-то источника дохода – то вовсе не так хороша, как может показаться. И Дени отчётливо ощущал все сомнения – а вдруг отменят только что принятые законы, а вдруг казнят, а вдруг, а вдруг, а вдруг…
Но наутро он поднялся бодрым и готовым действовать дальше. Потому что сначала нужно переговорить с господином Дювалем, а потом, вечером, его ждёт Изабель.
И с господином Дювалем всё оказалось очень легко. Он с улыбкой выслушал предложение Дени, и было видно, как обрадовался этому предложению.
- Я уже и не надеялся на такой исход, господин герцог, - важно говорил он. – Благодарю вас за добрую весть, мне очень радостно, что в нынешней Франкии готовы думать об образовании для магов. Я принимаю ваше предложение и готов вернуться в самом скором времени. Мой сын пускай сам решает за себя и своё семейство, а я готов отправиться в Паризию.
Это было даже лучше, чем Дени предполагал, о чём он и сообщил. Правда, потом пришлось садиться и рассказывать подробности – как сейчас в Паризии, как расколдовали Академию и другие здания, что за юные маги в Зелёном замке. Правда, тут Дени улыбнулся и отослал к маркизе де Риньи – наверное, она знает лучше.
И дальше уже можно было отправляться к той самой маркизе. К Изабель.
Он не понял, что у неё за дом, сколько ещё людей живёт в тот доме, да и вообще почему она здесь, а муж её в Паризии, или в Зелёном замке, или где там он ещё может быть?
Как-то так вышло, что обычно Дени вообще не думал об Изабель. Не было такого – носил в сердце образ, не мог забыть, хранил верность, спать ночами не мог, что там ещё говорят в таком случае? Нет, не было такого. Он просто жил. Очевидно, как мог, так и жил. Она тоже, надо полагать, жила. Всё равно вышла замуж за маркиза и как-то там с ним живёт.
О нет, он ни на мгновение не задумывался о том, что нужно менять жизнь, раз он её увидел, что нужно что-то делать… ничего тут не сделаешь, оба они не свободны. Но не идти в её дом он тоже не мог. Хотя, наверное, было бы правильно вчера поздороваться и этим ограничиться.
А сейчас экипаж, находящийся в распоряжении виконта де ла Мерта, привёз его на улицу – на какую-то здешнюю улицу, остановился перед каким-то домом, наверное, тем, который нужен. Дом немалый, три этажа, чердак, наверное, подвалы, о какой ещё ерунде выходит думать, чтобы не думать… о чём?
Его встретили и повели на второй этаж в гостиную. У камина стояли два кресла, и из одного навстречу ему поднялась она, Изабель.
- Рада видеть, прошу, - и кивнула ему на кресло.
И уселась сама во второе, но перед тем распорядилась – подать арро, чай и что-то там ещё.
- Меня приучили здесь к чаю, я привыкла. Вернусь домой – буду скучать, - улыбнулась мягко.
И вся она стала какая-то… мягкая. Деликатная. Ничуточки не похожая на кусачую задиру, какой он её помнил. При том, что лет-то ей немного, немногим меньше, чем ему самому.
- Можно же достать. Опять же, пускай родня присылает, - улыбнулся он.
Говорить о ерунде, потому что он вообще не понимал, о чём говорить. И если не говорить, то что? Взять за руку, и как дальше?
- Рассказывай, - кивнула она.
- О чём? – не понял он.
- Обо всём, - она смотрела серьёзно, но потом улыбнулась. – Как ты жил? Что было? Конечно, какие-то слухи долетали. Жена? Дети?