Дрова прогорели, камин потух. Становилось прохладно. Дени потянулся разжечь… нет, не нужно, уже не нужно. Она сама не поняла, как поднялась, стояла, смотрела на него. А он не сводил глаз с неё, и нет, ни в коем случае не нужно поддаваться моменту и касаться его, нужно убрать руки… вот так, правильно.
Они ещё увидятся, когда-нибудь. Обязательно. И привыкнут встречаться в свете. И уже их не будет так встряхивать от одного вида друг друга, от одного упоминания имени друг друга. Они просто будут дальше жить эту жизнь.
Распрощались. Она даже помахала ему с крыльца. И шагнула к себе в комнату, и не раздеваясь, упала на постель, просто упала. Не хочет она сейчас говорить ни с кем, ни с Черити, ни с братьями. Это нужно пережить, просто пережить. Утром будет легче.
Это случилось через два дня, на рассвете. Она проснулась и не могла понять – что такое на подушке рядом с ней. Открыла глаза – и увидела совсем небольшую корзинку фиалок. Просто цветы с нежным запахом, и всё.
Хорошо, что она спит одна и запирает двери. Корзинка отправилась к другим корзинкам, в которых складывали иголки и нитки, цветы были высушены на подоконнике, прикрытом заклятьем от любопытных глаз, и лиловые лепестки разложены между разными платьями в сундуке. Кроме одного цветка – его она вложила закладкой в книгу, там и засушила.
О том, что герцог Саваж вместе со старшим господином Дювалем отправился в Паризию, ей рассказали знакомцы на каком-то светском вечере. А ещё через месяц она и сама отправилась туда – Роберт женился на одной из девиц Дюваль, Антуанетте, Томас женился на дальней кузине Элис, Филипп подумал и решил не торопиться.
Дела сделаны, пора возвращаться. Дома ждут новые дела.
______________________
Четвёртая часть завершена, между нами и финалом ничего более не стоит!
Часть пятая. La Finale. 1. Бал в Опере
Декабрь 1804
Дени не любил балы.
И повод для множества торжеств тоже не сказать, чтобы одобрял. Но… подумал и согласился участвовать.
Его устраивало, что Бонапарт был первым консулом – потому что когда разумный человек стоит во главе государства, это хорошо и правильно. Бонапарт показал себя разумным, причём не только военным гением, но и отличным управленцем, а это было едва ли не важнее, чем военные победы. Новые законы затронули все стороны жизни, и в целом ничего плохого в них не было, а если смотреть со стороны магической части общества – так и вовсе.
Маги понемногу возвращались и во Франкию, и во все те сферы, где без них нельзя или сложно. Конечно, понятнее всего оказалось с некромантами, но и польза от всех остальных уже не ставилась под сомнение. Все те, кто десять с лишним лет назад готов был отправлять магов на гильотину и выжил, теперь либо истово соглашались с новыми законами, либо молчали. О нет, упёртых ненавистников хватало тоже, иногда они осмеливались что-то говорить, да кто бы их слушал!
Возрождённая Магическая Академия Паризии в прошлом году набрала студентов уже в четвёртый раз. Лионель Дюваль с радостью принялся за восстановление старого и устройство нового, и так на территории Академии появилась школа с пансионом для магически одарённых детей. Так же оказалось, что до революции магическое образование финансировали вовсе не из королевской казны, а из личных средств магических фамилий – скажем, Роганы вкладывались именно как древний магический род, а вовсе не как короли. И сейчас оказалось, что те самые магические фамилии вовсе не располагают теми же доходами, как раньше, и даже возвращение отобранных земель пока ещё не поправило дело. Что ж, вложились все, кто смог, но этого оказалось недостаточно.
И тогда Бонапарт вмешался и в магическое образование – как и во всё прочее. Он предложил проект закона, по которому Академия и школа получают деньги из казны, но все маги обязаны получить образование и после отслужить государству. Он уже вполне представлял, что необученный маг в лучшем случае не принесёт никакой пользы, а в худшем – создаст множество проблем, и считал магов стратегическим ресурсом. И распорядился – все маги должны быть учтены и обучены, и после применены на государственной службе. Выпускной экзамен из Академии являлся как раз необходимым для государственной службы, и обученного мага ожидали армия, правительство, целительство и многое другое.
В целом Дени был согласен с такой постановкой вопроса, но понимал – далеко не всем это придётся по нраву. Как это так – государство учитывает всех магов, оплачивает их подготовку и потом требует службы? Раньше так не было.