- Да-да, запрёшь некроманта, - Элизабет посмотрела брату в глаза – как смотрела в глаза тем, кого хотела напугать.
Эдвард отшатнулся… а потом тоже усмехнулся.
- Черити твою запру, а предварительно прикажу высечь, поняла? Если иначе тебе никак не объяснить.
Это было объявление войны. Нет, ультиматум, какая уж тут война! Элизабет понимала, что хочет воевать, что готова выяснить, кто сильнее магически, она или брат… но если он такая скотина, которая готова причинять зло ни в чём не повинным людям, то… то…
Она ещё придумает, как ему отомстить. Потому что с ней нельзя поступить подобным образом и остаться безнаказанным. Даже брату и лорду Горэю. Особенно брату.
7. Путешествие во Франкию
Сборы затянулись на месяц.
Мачеха то и дело заглядывала в сундуки, проверяла, считала. То ей чего-то не хватало, то она считала, что Элизабет дали слишком много. Правда, это касалось одежды, обуви, тканей.
- Можно подумать, во Франкии нет тканей, кож, портных и сапожников, - бурчал Эдвард, когда в ответ на его расспросы леди Диана отвечала, что нужно сшить ещё одно платье.
- Это потом, а сначала судить о том, насколько мы богаты и могущественны, будут по тому, с чем приедет Элизабет, - она стояла неколебимо. – Я ещё помню, как все вы смотрели на меня, когда я сюда приехала, а твоя покойная тётка считала, сколько у меня сорочек!
Эдвард вздыхал и досыпал золота в сундучок, который Элизабет должна была взять с собой. Это если бы она выходила замуж здесь, на островах, за ней дали бы какой-нибудь кусок земли, приносящий доход. А так… не нужно делиться, понимала она. Больше достанется братьям. Дать ей золота, и отправить. Деньги ещё появятся – арендаторы платят исправно, попробуй, не заплати лорду-некроманту! А если отдать землю, то обратно её уже не вернуть.
Ещё Элизабет отдали украшения её матери. Они хранились где-то под суровым заклятьем в бывшем кабинете отца, теперь перешедшем к брату. И оказалось, что сундучок скрывает изумительные вещи – кованый серебряный пояс, несколько застёжек из серебра и золота, жемчужные бусы – несколько нитей, серьги, несколько колец. И даже какой-то необыкновенный синий камень на цепочке, огранённый, в ажурной оправе.
- Это было приданое леди Анны, - сказала камеристка Джеймсон, она вместе с Черити и госпожой Норвич собирала Элизабет в замужнюю жизнь. – Ей не захотели выделять денег, а земель там и сыновьям-то не хватало, поэтому отдали ценности. Там ещё были блюда и подсвечники, но не повезёте же вы их через пролив!
- Отчего же, повезу, - задрала нос Элизабет.
Если можно затянуть сборы – она станет это делать.
Эдвард вздохнул и распорядился выдать ей три серебряных блюда и пару подсвечников.
- Думаешь, там не хватает блюд и темно? – хмыкнул он. – Если что, ты можешь зажигать магический свет. Для него не нужны подсвечники.
- А в подсвечнике, не поверишь, лучше, - ехидно улыбнулась Элизабет, и в качестве доказательства тут же зажгла по серебристому светящемуся шарику на каждом из девяти рожков.
Эдвард только вздохнул – видимо, не мог дождаться, пока отправит её восвояси.
С ней отправлялись Черити, Джеймсон и госпожа Норвич. И всем трём Эдвард строго приказал – не оставлять Элизабет без пригляда ни на минуту. Если одна отлучилась – то две других остались. И спать только в одной комнате с миледи, никак иначе. Миледи должна доехать к жениху живая и здоровая. И нетронутая, конечно же.
Элизабет немногое знала о тайной стороне отношений мужчины и женщины, всё же в замке многих вещей не спрячешь. Но с собой не соотносила это никак. Госпожа Норвич время от времени читала нравоучения о необходимости блюсти себя – но Элизабет даже не целовалась ни с кем, что уж, не говоря о чём-то большем. Она могла бы, наверное, стены и запоры для неё не преграда, но с кем и зачем? Ради того, чтобы попробовать? Ерунда какая.
А что там будет с неведомым мужем – ну, сначала посмотрим на него, на того мужа. Вдруг он окажется ничего себе? А если нет – вдруг получится сбежать? Мало ли, что некромант, лорд-отец тоже был некромант, а утечь от него и скрыться от наказания Элизабет удавалось. И вернуться, когда он уже остывал и только ругал её, но не более. Значит, и с мужем получится.
Правда, пока приходилось выслушивать бесконечный поток нравоучений. От мачехи, от госпожи Норвич, от Эдварда. О том, как ей следует себя вести, чтобы о них обо всех ничего дурного не подумали.