- Ваше высочество, - Дени не ожидал.
- Мы должны быть вместе в трудные моменты, - сказала госпожа Женевьев-Эжени, супруга старшего принца, раньше она была маркизой дю Трамбле. – Если хотите, Дени, отправляйтесь ненадолго к нам. Смените обстановку, подышите, некоторое время не будете делать ничего. Там всё другое, не такое, как здесь, и там сейчас лето, и совсем не холодно. Мы будем рады принять вас.
- Эжени дело говорит, подумай, - усмехнулся в седые усы старший принц.
- Благодарю, я подумаю, - не стал спорить Дени.
Но и принимать приглашение не собирался. Потому что ну какое путешествие на восток? Нужно понимать, как он дальше живёт здесь, и как живут его люди, и не только его люди. Но это не сейчас, а пока – пускай Рош разместит всех, пускай Арман проверит охрану – на всякий случай, хоть замок и скрыт, но в нём сейчас слишком много сохранившихся высокопоставленных магов.
Ночь перед похоронами Дени почти всю просидел возле брата. С ним была Жанетта, и они почти не говорили, а если и говорили, то – о далёких счастливых временах. О родителях, о других братьях, перебирали воспоминания детства.
Что ж, всё прошлое было детством, как сейчас кажется, и далёкое-счастливое, и наполненное потерями и горечью. А теперь начинается какая-то совсем другая жизнь.
Гости издалека не задерживались надолго – все или почти все говорили о том, что готовы прибыть по зову, если понадобится, и чтобы Дени даже и не думал – звать или нет. Спрашивали, не нужно ли помочь с запасами провизии, но он качал головой – справимся, раньше же справлялись, значит, и теперь тоже как-нибудь. Благодарил за поддержку, тоже обещал прибыть, если понадобится помощь.
Последними оставались маркиз де Риньи – всех прочих он отправил домой, его высочество Анри с супругой и Жанетта. Они все вместе проводили герцога Вьевилля – тот возвращался в Фаро, там в магической школе обучались его внуки. А потом вернулись за стол.
- Дени, может быть, ты в самом деле отправишься с нами на некоторое время? – спросил принц.
- Я благодарен за предложение, ваше высочество, - Дени даже встал и поклонился, - но думаю, мне нужно остаться здесь. Пока. Дальше будет видно. Сейчас же я должен понять, сколько у меня осталось людей, сколько неотложных дел и сколько врагов.
- Люди есть, - проворчала Жанетта. – С врагами поговорили, и теперь если кто-то захочет попробовать тебя на зуб, поостережётся, если хоть сколько-то разумен. А если неразумен, то ты позовёшь, и мы всё решим.
- Жанетта права, зови её без стеснения, - кивал принц. – И держи в курсе – что тут у тебя.
- Кстати, ты говорил, что поймал представителей новой власти, - напомнил маркиз Анатоль. – Хоть бы показал, кто таковы да на что похожи.
- На людей похожи, внешне, - хмыкнул Дени. – Две ноги, две руки, голова. Что в тех головах – судить не берусь. Но или они смогли очаровать Франсуа де Мелеза, или Франсуа резко поглупел, тут я не понял.
- А давай их сюда, посмотрим, - усмехнулась Жанетта. – Вот удивятся-то, увидев нас всех, потом будут детям рассказывать – если мы их отпустим и они выживут, конечно же.
Дени велел привести пленников, Арман вышел распорядиться. Привели быстро, и оказалось, что за дни плена оба они утратили свой блеск и лоск. Увидев сидящих за столом, оба они переглянулись и непонимающе уставились на Дени.
- Кажется, они нас просто не знают, - заметил маркиз де Риньи.
- Ты де Риньи, - один, пониже ростом, с лысиной, смотрел на маркиза едва ли не с ужасом.
- Не «ты», «вы». Мы вместе не воевали и не пили, - покачал головой маркиз и суровенько глянул на обоих. – Кто таковы?
Второй, повыше, с аккуратно подстриженными тёмными волосами, закашлялся, наклонился – кажется, попытался таким образом избежать маркизова взгляда.
- Дайте им воды, что ли, - глянул Дени на конвойных.
Тут же притащили кувшин и глиняные кружки, наполнили.
- Пейте, не отравим, - солдаты глядели мрачно, ну да сейчас в Саваже не до веселья.
Оба схватились за кружки, опустошили и поставили обратно на стол.
- А теперь извольте рассказать, что вы забыли в Мелезе и для чего хотели извести Саважей, - Дени надавил совсем чуть-чуть. – Думаю, и сестра моя, и маркиз де Риньи, и его высочество с супругой, и мои люди не откажутся послушать.