– Франческой, – поправляет она.
– Вот, значит, созвонишься с ней и, возможно, она что-то дельное подскажет. Я всегда рядом и ты можешь рассказать мне обо всём, что тебя тревожит. Ты сказала, что рисовала, пока мама не пришла. Покажешь, что получилось?
– Покажу. Я думала о том, чтобы снова вернуться к иллюстрированию обложек. И раз пока нельзя возвращаться в соц.сети, просто вспомнила пару историй и прикинула, какие бы обложки им подошли.
– Вот, такой настрой мне нравится! Всё будет хорошо, Ника, я обещаю.
– И я тебе верю, – улыбается она и обнимает меня крепче.
Глава 35
Часть 7. Ника
Олли сидит на ковре с изображением дорог и вместе с Владом играет в машинки. Они устроили подобие гонок, только вот у них больше аварий происходит и, судя по смеху брата, его такой расклад вполне себе устраивает. Мне тяжело оставлять его и на минуту, но и задушить своей заботой не хочется, так что сижу в стороне и рисую этот момент, чтобы сохранить его в памяти. Кажется, жизнь начала потихоньку налаживаться, хоть проклятого Белова всё ещё не нашли и эта угроза ощущается как топор, висящий на тоненькой ниточке над моей головой. Влад успокаивает меня, постоянно напоминая, что мы в безопасном месте, и что даже королевская семья не так защищена, но это мало помогает. Я и до всех происшествий была тревожным человеком, всегда думала о том, где бы достать денег, где сэкономить, как планировать будущее с непредсказуемой мамой, но сейчас эти ощущения будто кто-то умножил на пять. Если бы не таблетки, что Влад выдаёт мне каждый вечер, я бы точно с ума сошла.
– А Новый год же скоро? – вдруг спрашивает Олли, отправляя очередную машинку Влада за пределы их импровизированного трека.
– Два месяца ещё, а что? Уже придумал, что хочешь получить в подарок?
– Нет. Но ты говорил, что мы вашего ребёнка найдём под ёлкой. В прошлый Новый год никого не было, а в этот раз?
Мне только глаза закатить остаётся, когда Влад улыбается своей самой широкой улыбкой и невинно смотрит на меня. Запудрил ребёнку мозги, а тот и запомнил. Теперь будет донимать, пока не подрастёт и не поймёт, что это так не работает.
– Нет, в этом году тоже рано.
– Ну, я так не играю! – раздражается Олли и бросает свою машинку на пол.
Из двадцати машинок на трассе осталось только три. Что ж, зато подиум всех гонщикам обеспечен, если, конечно, они доживут до финального круга.
– Мы же договаривались, что сначала тебе надо немножко подрасти, ты помнишь?
– Так я уже подрос! Ты не видишь что ли? – пыхтит брат, указывая на своё, действительно, немного подросшее тело.
– Вижу, но надо, чтобы ты вот таким стал, – сочиняет Влад и, встав, показывает на уровень своей груди.
– Ничего себе! Ну, это же долго очень ждать!
– Нет, пару лет и будешь таким.
– Обещаешь?
– Точно тебе говорю, – господи, он сочиняет на ходу и не краснеет.
Сам создал себе проблему, вот пусть сам с ней и разбирается. С моим братом, у которого очень пытливый ум, Владу понадобится вся его фантазия.
– Ника, это правда? – Олли поворачивается и смотрит на меня полными надежды глазами.
– Думаю, да. Зато пока тебе не надо делиться ни с кем машинками.
– Я же не жадный, – с упрёком говорит Олли и отворачивается, будто я самую большую глупость в жизни сказала.
Дети. Не уверена, что в ближайшие годы я даже задумываться о них всерьёз буду. Мне становится легче, но не до такой степени, чтобы решиться привести в этот мир ребёнка. Я за себя-то ответственность толком нести не могу, Олли теперь на мне, а если ещё и младенец на руках будет, то совсем катастрофа.
Говоря об Олли – Диана предложила усыновить его. Разбираться с документами брата всё равно рано или поздно пришлось бы, но я в невыгодном положении хоть с какой стороны подойди. Сироты у нас в стране никому не нужны, но если кто-то попадает под радары соц.служб, то головная боль всем обеспечена. Романовы могут избавить нас от всех проблем очень быстро – у них есть деньги и связи. С другой стороны, если мы с Владом расстанемся – а в жизни бывает всякое – для меня это может стать катастрофой, хоть Диана и сказала, что никогда не стала бы препятствовать нашему общению. Но Олли ведь всё равно придётся много времени проводить в их доме. Можно ли будет всё переоформить на меня, когда я встану на ноги? Да и встану ли вообще? Пойдут ли Романовы мне навстречу? Это сейчас они хорошо ко мне относятся, но если вдруг что-то пойдёт не так? Ещё одна головная боль.
***
– Что с тобой? – спрашиваю я, когда Влад входит поздно ночью в спальню и выглядит так, будто привидение в коридоре увидел.