– Папы вашего давно нет! Прикажешь мне оставшиеся годы гнить в одиночестве?
– Я никогда этого не говорила и не была против твоих отношений – встречайся с кем хочешь, но не в этом доме! И я не допущу, чтобы рядом с Олли были едва знакомые люди! Как так можно, мама? Ты о нём вообще не беспокоишься?
– А обо мне кто побеспокоится? Думаешь, легко было рожать его, зная, что мы остались без Джеймса? Легко было вас тянуть всё это время на мою нищенскую зарплату? Я заслужила любящего мужчину рядом с собой, ясно? Наконец-то хоть кто-то видит во мне человека, а не кошелёк, кухарку и прачку! Работу помог найти. Да, не забрал Олли, значит, не смог. Ты же съездила сама, что начинаешь тут? И сразу думаешь плохо о человеке!
Ей платят пособие на нас, и, конечно, оно небольшое, но если б мама не пьянствовала, то мы бы могли жить более-менее нормально и не считать каждый пенс. И у неё хватает наглости в чём-то нас обвинять!
– Я ничего о нём не думаю. Но не приводи его в этот дом и не подпускай к Олли. Если придётся, вызову социальные службы.
Это была бы катастрофа, но если она приведёт в дом какого-то непонятного мужика, мне придётся это сделать, а потом искать способ оформить опекунство над братом. Слишком много забот и бюрократии, но другого выхода просто нет. Надо начать изучать это всё как можно скорее, чтобы, в случае чего, действовать без промедлений.
– Посмотрите на неё, в службы она позвонит! Умеешь настроение испортить, этого у тебя не отнять! Что ты за человек такой мерзопакостный? Ни капли благодарности нет. Это всё воспитание Джеймса, он тебя распустил совсем!
– Я благодарна тебе за всё, что ты для нас сделала, но если ты хочешь быть с этим мужчиной, то переезжай к нему. Для нас это может быть небезопасно, и я не прощу себе, если с Олли что-то случится. Ты сама говорила, что чужие дети никому не нужны, а у нас он ещё и инвалид.
Не может этот Эдди быть хорошим и надёжным человеком, раз втянул её в какую-то грязь, которая неизвестно чем обернётся в будущем. И подпускать черт знает кого к себе и Олли я не могу, хватит с нас матери-алкоголички, которой плевать, что и как с нами будет. Не хочется стать героями какого-нибудь подкаста об убийствах, где ведущие будут смаковать каждую деталь, описывая нашу трагическую смерть.
– Эдди любит детей!
– Мне всё равно, кого он любит, и я тебя предупредила мама! А если опека возьмётся за нас, то отберёт Олли и твою работу проверять начнёт. И если вдруг там что-то не совсем законное, то плакали все эти фунты, – говорю я, хоть и понимаю, что этот разговор стоило бы отложить до момента, когда она проспится.
– Лучше в нищете жить, да?
– Да, лучше уж так, чем играть с законом. Потому что такие как мы не выигрывают, мама! У нас нет влиятельных друзей или родственников, которые могут прикрыть наши спины! И если ты так любишь этого Эдди и хочешь жить с ним, то к нему и перебирайся, а мы сами тут как-нибудь справимся.
Она разражается смехом, сгибаясь пополам. Не понимаю, что такого смешного я сказала. Да, придётся найти какую-то постоянную работу и попросить Эми помочь с Олли – она никогда не отказывала, работает удалённо, так что на какое-то время это может сработать, а дальше посмотрим. На необходимый минимум я заработаю, да и стипендия у меня пока неплохая, так что с трудом, но справились бы. Я уже обдумывала подобные сценарии, когда мама стала пропадать у подруг на все выходные, обсудила это с Эми, и мы решили, что пока это лучший вариант.
– Справятся они, ну-ну, я бы на это посмотрела! Картинки свои будешь на улице продавать? Ладно, не истери ты так, никого я не приведу сюда – куда тут от вас спрячешься? – фыркает она, будто мы тараканы какие-то. – Неблагодарная ты, Ника. Не думала, что из тебя вырастет такая эгоистка!
Она машет рукой и уходит в спальню, бормоча что-то себе под нос о том, какая я ужасная дочь. Я же возвращаюсь на кухню, чтобы написать об этом Эдди Эми, пока меня не разорвало от эмоций. Не к добру всё это, не к добру!
Глава 7.1
– Чёрт, Никки, это совсем нехорошо! – говорит Эми сонным голосом, и я слышу шелест одеял.
Чтобы она поняла весь масштаб трагедии, я рассказала ей обо всём, хоть и понимала, что это может быть небезопасно. Но Эми можно доверять и она точно никому не разболтает, ей самой прекрасно известны законы и правила нашего района – молчи, если хочешь жить, а не быть очередной статистикой в отделе убийств местной полиции. У меня голова идёт кругом и я в такой панике, что не знаю, за что хвататься – искать работу, изучать информацию об опекунстве, составлять текст обращения в детский сад, чтобы Олли не отдавали никому, кроме мамы и меня? Столько всего навалилось, что дышать тяжело.