– И вам.
Я ведь видела припаркованный Фольксваген у нашего дома, но решила, что это кто-то к соседям приехал – у них подъездная дорожка занята их развалюхой и встать там просто негде. А оказалось, что мама наплевала на наше соглашение и забыла о своих словах, что тут не протолкнуться и от нас с Олли не спрятаться.
– Можешь звонить куда хочешь, поняла? Я буду только рада избавиться от такого балласта в виде вас с братцем! – выплёвывает мама и выходит из дома с чемоданом, громко хлопнув дверью.
Итак, это случилось – она ушла и теперь всё на мне. Не знаю, надолго ли, но я ведь предполагала, что такое произойдёт рано или поздно. И я так зла и расстроена, что не сожалею. Мне страшно. Очень страшно. Я нашла работу иллюстратором в издательстве и подрабатываю графическим дизайнером в рекламном агентстве, но надо будет разобраться с пособием на Олли, с опекунством и прочей бюрократией. Эми помогла мне изучить информацию по теме, и мы даже подготовили несколько заявлений, которые теперь, если мать не образумится и не вернётся, мне придётся подписать и отправить в опеку. Можно было бы попытаться всё это скрыть, но если органы опеки или полиция узнают об этой лжи, то у меня совсем не будет шанса оставить Олли с собой.
Пока мама сорила деньгами, я спокойно принимала их и откладывала, чувствуя, что они могут пригодиться – не зря. Там немного, но на первое время хватит, а дальше уже придётся поднапрячься. Готова ли я к этому? Нет. Есть ли у меня выбор? Тоже нет. Пока мне платят мало, но, надеюсь, всё изменится. Или же просто начну искать ещё одну работу, и тогда я не представляю, как с этим справлюсь. Сегодня надо принять снотворное, чтобы не утонуть в пучине катастрофических мыслей. Я не могу сломаться, у меня нет на это права!
Глава 8.2
– А что такое балласт, Ника? И куда она ушла? – слышу я голос Олли и собираю все силы, чтобы обернуться и выглядеть спокойно, будто ничего страшного не произошло, и наша мать только что нас не бросила, убежав с любовником.
– Глупости она говорит, Олли. Даже не бери в голову.
Он так испуган и растерян, что я поднимаю его и крепче прижимаю к себе.
– Она не вернётся?
– Вернётся, конечно! Но она какое-то время поживёт у своего друга, потому что оттуда ей ближе добираться до работы. А дел очень много. Но мы же с тобой уже достаточно взрослые, чтобы справиться самим, правда?
Олли слабо кивает, и я несу его обратно в спальню. Там на полу нахожу пустой пакет от кукурузных палочек – вот таким и был его ужин.
– Ты голодный?
– Да. Палочек мало было и я не наелся.
– Тогда смотри мультики, а я быстро что-нибудь приготовлю.
– И мы опять будем есть здесь? – он смотрит на меня щенячьими глазами, что отказать ему я не в состоянии.
– Конечно. Это же наша космическая база!
Включаю новую серию «Галактических гонщиков» и иду готовить омлет с овощами, всё ещё не осознавая, как наша жизнь в очередной раз изменилась за пару мгновений.
***
Влад звонит, чтобы узнать, как у нас дела, потому что переживает каждый раз, оставляя меня здесь, хоть я и врала ему всё время, что мама больше не нападает на меня и у нас всё хорошо. Он по голосу понимает, что что-то не так и через сорок минут уже стоит на пороге. Не хочу втягивать его в семейные драмы, но от его присутствия мне спокойнее. Мы укладываем Олли спать и Влад тоже решает остаться. Мама сегодня точно не придёт, так что я не сопротивляюсь.
– Говорят, поцелуи снимают стресс, – лукаво улыбаясь, говорит Влад, практически сидя на моём рабочем столе и проводя пальцами по моим губам.
– Я тоже слышала эту теорию.
– Может, проведём практический эксперимент и сделаем свои выводы?
– Умеешь ты пошлости в красивую обёртку завернуть, – усмехаюсь я, и он сокращает расстояние между нами.
Его губы касаются моих мягко и осторожно, будто опасаясь спугнуть трепетные моменты нашей близости. Но с каждым новым прикосновением возбуждение нарастает, пальцы скользят по коже, источая дрожь предвкушения. Закрываю глаза и позволяю себе раствориться в его объятиях. Я чувствую его сильные руки, бережно обнимающие меня, ощущаю биение его сердца, синхронизирующееся с моим. Поцелуй полон нежности и страсти, сводящих меня с ума. Я таю в его объятиях, забывая обо всем на свете, кроме наших переплетенных тел и сплетающихся языков.
– У меня никогда, я… – говорю я, отрываясь от его припухших губ, когда мы оказываемся на кровати.
– Первый раз? – он выдыхает мне в губы, и я киваю. – Хочешь остановиться?
– Нет хочу. Просто посчитала правильным предупредить.
– Хорошо. Я осторожно, доверься мне, – ободряюще улыбается он и снова накрывает мои губы своими.