***
– С днём рождения, Ника, – шепчет кто-то у меня над ухом и я, с трудом разлепив глаза в полумраке комнаты, вижу Марту.
Получается, сегодня двенадцатое июля. Для себя я решила перестать спрашивать о датах, потому что это только добавляло мне апатии, указывая на то, что обо мне все забыли и просто оставили существовать в этом Богом забытом месте, а единственные компаньоны – Марта и Дамиано. Даже доктор Кейн перестала меня проверять, похоже, потеряв интерес.
– Спасибо, Марта, – улыбаюсь я, и впервые за долгое время это не просто натянутые губы, а настоящая эмоция.
– Это тебе от нас с Дамиано, – говорит она и протягивает мне какую-то коробку в красивой подарочной упаковке с красным бантом.
– Подарок? Марта, я…
– Открывай скорее. Я в этом не разбираюсь, но Дамиано сказал, что тебе должно понравиться.
Что ж, наши взаимоотношения определённо вышли на новый уровень, раз они вдвоём выбирали мне подарок.
– А он сам где?
– Так придёт после пересменки, как время будет.
Марта забывает, что у меня нет календаря, и я не особенно слежу, когда у кого смена. Дамиано иногда и вовсе не заходит ко мне, если очень занят. И если раньше я лишь радовалась этому, потому что он продолжал использовать двоякие выражения, пугая меня до чёртиков, то сейчас любое общение с ним и Мартой я лелеяла. Когда мы с Дамиано ходили в спортзал, где в нём включался режим тренера и он раздавал мне тысячу и одно указание, я заметила несколько помещений, куда, полагаю, пациенты могли выходить, чтобы отдохнуть и пообщаться. Меня же, как какую-то опасную преступницу, изолировали. Если бы не тренировки с Дамиано, мышцы б давно атрофировались. Я так хотела выйти на улицу хоть на пять минут, но ни Марта, ни Дамиано рисковать не хотели, ведь если бы кто-то нас заметил, у них могли бы быть проблемы. Да только вот кто знает обо мне? Никто из пациентов и сотрудников, не считая медсестру Лайлу, которая тоже давненько не появлялась, меня не видел. Даже в тюрьмах выделяют несколько минут на прогулку, но только не здесь.
Аккуратно снимаю упаковку, а Марта сразу же прячет её в глубокий карман своей униформы, и вижу планшет для рисования. Модель немного проще той, на которую я копила несколько месяцев, но он всё равно очень дорогой. Слёзы скатываются по щекам, и я крепко обнимаю Марту, тронутая этим жестом. Даже в таком ужасном месте мне встретились хорошие люди, проявившие заботу и чуткость. Бессонными ночами я мечтала, чтобы они помогли мне сбежать, но знала, что тогда их жизни будут в опасности. Пыталась узнать, как оба сюда попали и почему не уйдут, но ответа не получила, после чего сделала вывод, что их держат на коротком поводке и неизвестно чем шантажируют или угрожают. Они не похожи на тех, кто добровольно остался бы здесь, зная обо всех гнусностях, что творятся в этом месте.
– Нравится? – спрашивает Марта, сияя, как рождественская ёлка.
– Очень! Это один из лучших планшетов, что есть на рынке, вы просто волшебники!
– Ну, мы, вроде как, подружились и хотели тебя порадовать. Я не знала, что подарить, и вот Дамиано предложил объединиться и купить тебе этот планшет. Сказал, что на таком какие-то там дизайнеры рисуют и что он лучше, чем карандаши с бумагой. А вот ещё к нему беспроводная зарядка – забыла, как она называется правильно. Ну, в общем, мы будем её заряжать и тебе приносить, чтобы ты к ней планшет подключала, когда понадобится. Чехлы и у планшета и у зарядки на магнитах, так что крепи их под кровать или под стол, чтобы не на виду были. Мало ли, кто из санитаров или медсестёр войдёт, сама понимаешь, проблемы нам не нужны.
– Конечно, не волнуйся. Ох, Марта, я вас не заслуживаю!
– Ты заслуживаешь куда более хороших людей вокруг себя, Ника. Но раз уж выбора у тебя нет, рядом будем мы, – улыбается она и гладит меня по волосам.
Чужая женщина за несколько месяцев проявила ко мне больше доброты, чем родная мать. О последней я не перестаю думать, как и о брате, но мысли превращаются в панические атаки, после которых меня пичкают лекарствами, вводя в расслабленное состояние. Рассудок мой явно не в порядке, и оставаться в здравом уме с каждой неделей всё сложнее. Сейчас, возможно, планшет отвлечёт. Это будет ещё одной тоненькой цепочкой, соединяющей меня с реальным миром, в котором я жила до исчезновения со всех радаров.
После обеда появляется Дамиано и улыбается так широко и по-доброму, как я прежде не видела. Обнимаю и его, и он чуть не ломает мне рёбра в этой медвежьей хватке.