Глава 22.2
Знакомство с невестой планируется в Швейцарии, куда она приедет вместе с сестрой после отдыха в Италии. Мама купила для Ангелины красивое помолвочное кольцо с розовым бриллиантом – ничего в этом не понимаю, но выглядит красиво. Мать Ангелины сама дизайнер ювелирных украшений, поэтому для мамы было важно произвести впечатление на Викторию, а не на свою будущую невестку. Эти игры статусов мне никогда не были понятны. Все из кожи вон лезут, чтобы завоевать симпатии людей, которым на них плевать. Мне не нравится это напряжение, с Никой оно никогда не возникало. Её наоборот, кажется, пугала статусность, и было в этом что-то трогательное. Она бы ко всему привыкла со временем, потому что заслуживает гораздо лучшей жизни, чем была у неё все эти годы.
Брат меняет уже третью рубашку, пока я сижу в кресле и стараюсь не рассмеяться. Объект его обожания уже в пути и до «судьбоносной» встречи остаётся совсем мало времени, если они, конечно, не задержатся в дороге. Не того родители решили женить, ох, не того!
– Может, заодно попросишь руку старшей Беловой? – спрашиваю я, пока Алекс разглаживает несуществующие складки на льняной рубашке.
– Забрать обеих дочерей за один раз? Тебе не кажется это жестоким? – ухмыляется он.
– Уж тебе ли говорить о жестокости!
– Ты меня демонизируешь.
– Нисколько. Просто не понимаю такой странный выбор. Ты так откровенно с ума сходишь по Софии, что у меня в голове не укладывается, как остальные этого не видят.
Хоть и прекрасно понимаю, что так отец решил убедиться, что я остаюсь под его влиянием и мои чувства к Нике угасли. Иначе это не поддаётся никакому логическому объяснению.
– Они просто меня плохо знают.
– О, ты даже не отрицаешь свои чувства! – я удивлённо вскидываю брови, пока брат улыбается мне.
– А смысл? Софии не дадут выйти замуж за того итальянца, и когда придёт время, я сделаю свой ход. Если действовать опрометчиво, Белов сможет выкрутить это в свою пользу, а мы должны заставить его плясать под наши мотивы, понимаешь?
– Отчасти, но избавь меня от подробностей.
– И он ещё меня циником называет! – театрально вздыхает Алекс.
К назначенному времени спускаемся к завтраку в ресторан у бассейна, где уже сидят мама и Виктория, а папа и Роман Белов курят в стороне. Обмениваемся вежливыми приветствиями и усаживаемся за стол. Софии и Ангелины до сих пор нет, даже спустя час, когда нам приносят всё, что мы заказали. Родители говорят о чём угодно, но не о предстоящей помолвке, так что я могу немного расслабиться. У Виктории звонит телефон и она поворачивает его к нам экраном, чтобы мы увидели фото её старшей дочери, вероятно, решившей сообщить, почему они с сестрой задерживаются.
– Алло! Сонечка, как я рада, что ты позвонила! Мы как раз все собрались на завтраке и о вас говорили! – мягким голосом щебечет Виктория.
Да, так говорили, что ни одну из вас ни разу не упомянули! Но это комментарий я оставляю при себе.
– Да, у нас семейный завтрак, вас только не хватает! Вы где? Как там Линочка? Скоро уже подъедете? Могу, конечно, – говорит Виктория и убирает телефон от уха. – Вот, готово. Что-то случилось, у тебя голос какой-то странный?
Похоже, София попросила её включить громкую связь. Мы все замолкаем, готовые слушать.
– Я… мы… тут… авария случилась, когда мы ехали на винодельню, чтобы взять вина всем в подарок. Тормоза отказали, а поворот был такой крутой и… машина слетела в овраг и сгорела, и…
Она запинается, и мы понимает, что там что-то куда более серьёзное, чем сгоревшая машина.
– Что? Соня, вы в порядке? Мы купим тебе новую машину, это не проблема, как вы с Линой? – с тревогой в голосе спрашивает Виктория.
– Я в порядке, только ушибы, ссадины и несколько ожогов, а Лина… Она уснула по дороге и не успела выпрыгнуть, думаю, даже проснуться не успела. У меня не было шанса ей помочь, всё произошло слишком быстро, машина перевернулась несколько раз и загорелась, упала на крышу и взорвалась…
И так я узнал, что моей «невесты» больше нет, не успев даже встретиться с ней, хотя уже придумал множество сценариев развития событий, потому как жениться не собирался. Похоже, у судьбы свои планы, и они куда более жестоки, чем я мог себе представить.