Глава 23.1
Отец, брат и Белов уезжают в Италию, чтобы разобраться с телом Ангелины и вернуться всем вместе домой, а я с мамой и умирающей от горя Викторией лечу в Лондон. На женщину больно смотреть, ей слабо помогло лекарство, и весь полёт она плачет, вспоминая погибшую дочь. Ощущаю себя конченым уродом из-за чувства облегчения, что с моих плеч свалилась одна забота, пусть и таким страшным образом. Нет, я не рад, что девушки больше нет, как можно такому обрадоваться? Но теперь есть надежда, что от меня отстанут и хотя бы на какое-то время оставят в покое. Пробраться к Беловым с помощью Ангелины теперь невозможно, но, уверен, вся наша семья пойдёт к ним, чтобы поддержать, поэтому я заранее готовлю мини-жучки, чтобы подбросить их, куда смогу. Я не знаю планировку их дома и понятия не имею, где кабинет самого Белова, но смогу притвориться заблудившимся, если что. Было бы здорово заручиться поддержкой Софии, но я совсем её не знаю и не могу доверять.
Мама берётся за организацию похорон Ангелины в знак поддержки, и никто, кажется, не возражает. Ей надо было не в юристы идти, а в какие-нибудь ивент-менеджеры: свадьбы, дни рождения, похороны, Рождество – всё будет организовано так, что не придерёшься.
Отец возвращается из Италии с маской скорби на лице, и я не понимаю, он правда так расстроен, или хорошо играет?
– Как ты? – вдруг спрашивает он, войдя ко мне в спальню в тот момент, когда я в очередной раз взламываю полицейские архивы, чтобы убедиться, что о Нике там ни слова.
Он с компьютером едва дружит, так что я даже не сворачиваю вкладки и поворачиваюсь к нему, не волнуясь, что он что-то заподозрил. Сейчас он выглядит обеспокоенным и внимательно изучает меня, так что снова приходится притворяться.
– В шоке, если честно, – говорю я и это не ложь. – Я, вроде как, только свыкся с мыслью, что мне предстоит жениться, даже ждал этого знакомства, и тут… Может, я проклят?
– Владик, ну ты-то ерунды не говори! – фыркает отец.
– Ну, первая девушка, в которую я влюбился, бросила меня через какую-то записку. Я расстроился, но пережил это, оставив её в прошлом. Вторая – вообще погибла.
– Это ни о чём не говорит.
– Многовато потрясений для меня. Странно себя чувствую.
– Ну, нам всем надо это просто принять и жить дальше.
– Надеюсь, через месяц не будет какой-то новой помолвки? Я не готов к ещё одной трагедии.
– Нет, хватит и этого с тебя. Да и какой месяц? Пришлось бы год ждать, не меньше, ведь надо всё-таки уважать усопшую, – поучает отец и в этот раз его склонности к традиционализму играют мне на руку.
Знаю, что манипулировать нехорошо, но другого выхода у меня нет.
***
В знак уважения в день похорон мы едем вместе с Беловыми на кладбище. Роман бледнее мела, София выглядит уставшей и даже измученной с припухшими и раскрасневшимися глазами, а Виктория цепляется за могилу и её с трудом удаётся оттуда оттащить. Замечаю репортёров, которые всё-таки смогли пробраться сквозь охрану и прилипли к забору – до чего беспринципные люди! Всем нужна сенсация, ведь нас уже успели поженить, а тут такое случилось. Знаю, что первые статьи были заказаны самим Беловым – я взломал почту редакции и прочёл его письма. Мерзкий тип с гнилой душой. У меня уже руки чешутся накопать что-нибудь на него и, когда представится возможность, сдать его отцу или конкурентам.
Мне нужно заручиться поддержкой Софии, но никак не получается застать её одну. На похоронах о таких вещах было бы слишком цинично говорить, да и она была так подавлена, что я лишь выразил соболезнования, поддержал её и уехал, как только появилась возможность. Чуть позже столкнулся с ней неподалёку от клиники брата, но тогда я спешил на встречу со знакомым, сделавшим мне, Нике и Олли фальшивые документы, чтобы мы могли сбежать из страны, как только воссоединимся. Я всё ещё не уверен, что Ника примет такое предложение, но решил перестраховаться. И вот вечером этого же дня Алекс сообщает, что Софию сбила машина. Интереснее всего, что в машине была Лидия, хоть та и пыталась убедить всех, что это вышло случайно. К таким любовным испанским страстям на британской земле я готов не был.
Но ещё интереснее поведение Белова – он, не успев похоронить свою младшую дочь, предложил организовать брак Алекса и Софии. Чёрт, это не вписывается ни в какие номы морали даже в мафиозном мире. Я молчал, лишь бы меня не задели, а все остальные согласились с тем, что это очень даже неплохая идея. Мать Софии, узнав об этом, предложила подождать хотя бы год, взывая к традициям, и отец это поддержал. Что-то мне подсказывает, что Виктория не в восторге от того, как быстро у неё отбирают дочерей и распоряжаются их жизнями, особенно когда одна из них уже в могиле, а вторая лежит с переломами в больнице моего брата.