Большое Ристалище располагалось перед главными воротами городской ратуши. Балкон второго этажа был украшен цветами и флагами. Там и устроились со своей свитой король и королева. Даже издалека красота Тимо поразила Рико, однако не настолько, чтобы он забыл свою прекрасную даму Кайсу. Король же наоборот, показался чухонцу бледным и ничем не примечательным.
Внезапно толпа затихла. Ворота "воеводинской" башни открылись и под звуки труб на арену выехал рыцарь в алом сюрко с изображением барса на груди. Голову его венчал островерхий шлем. Лицо с густыми черными усами оставалось открытым, лишь нос прикрывала позолоченная пластина. Затылок и шею защищал то ли кольчужный капюшон, то ли бармица - сложно разглядеть. Такой шлем был диковинкой для чухонца и сразу выдавал в своём хозяине воеводинца.
Едва смолкли трубы, герольд громко объявил:
- Маршал Воеводины Воислав Томашевич суда Небес возжелавший!
Опять заревели трубы, и из противоположного конца ристалища показался могучий всадник на таком же могучем коне. На нём была желто-зелёное сюрко, а голову защищал обычный "топхельм" с роскошными перьями. Герольд объявил:
- Верховный Маршал Истрии Имре Иштван, вызов на поединок принявший!
Обоим воинам подали копья и они разъехались каждый в свой конец поля. Рико с сомнением посмотрел на некрупную фигуру Томашевича и его тонконогого стройного скакуна. Иштван был немногим большего роста, чем его противник, но зато казался куда шире и мощнее, а особенно усиливал это впечатление его богатырь конь. Оба всадника замерли, подняв копья. На солнце сверкали их острые наконечники - это был смертный бой. Затем герольд объявил правила поединка. На копьях будут драться, пока хотя бы одно копьё не преломится или один из всадников не упадёт. Тогда можно начинать поединок на мечах. Поединок будет закончен лишь когда один из противников умрёт или попросит пощады. Наконец со своего места поднялся король.
- Томашевич! Это ваша единственная возможность доказать свою непричастность к заговору против короны. Если вы невиновны, Небеса помогут вам победить. В ваших руках, Иштван, суд человеческий. Да решат наш суд Небеса справедливо! - с этими словами король вынул из ножен меч и взмахнул им.
Всадники, опустив копья понеслись друг на друга. Через несколько мгновений послышался жуткий треск. Оба копья вонзились в щиты. Оба копья сломались. Оба всадника покачнулись в седле, но удержались. Оба, проехав несколько шагов, обнажили мечи. Похоже, пока ни один из них не пострадал. Толпа загудела, но трудно было понять, кто ей более симпатичен.
Иштван и Томашевич скрестили мечи. Разбитые щиты им пришлось отбросить. Когда противники сшиблись на копьях перевес был у Иштвана - он тяжелее. Но сейчас трудновато ему приходилось.
Однако что это? Благородный скакун хромает? Чухонец пригляделся и обнаружил, что конь Томашевича ранен. Видимо, когда копья разлетелись, крупная щепка поразила незащищённую грудь животного. Лошадь Иштвана была в кольчуге.
И всё же раненый конь держался, наверное, с четверть часа, пока вдруг не споткнулся и не рухнул вместе со всадником. При таком падении тяжёлое животное могло запросто покалечить или хотя бы сильно придавить воеводинца. Но то ли ему повезло, то ли он ловко сгруппировался - через считанные секунды Томашевич стоял уже на ногах и поджидал Верховного маршала. Всё это под удивлённые возгласы толпы. Истрийские солдаты кричали "Добивай красного!" - явно болели за своего начальника. А вот красных сюрко воеводинцев не видать. Рико ещё не знал, что их не выпускают из казарм. Не знал он и того, что ищейки Тайной Стражи шныряют в толпе в поисках гвардейца Шестича.
Иштван тем временем подлетел к Томашевичу, конь его взвился на дыбы и на воеводинца обрушился страшный удар, усиленный весом коня. Только удар этот не достиг цели - Томашевич отпрыгнул в сторону и молниеносным движением перехватил руку врага, увлекая его на землю. Иштван, не готовый к такому приёму кулём повалился вниз, выронив при этом меч. Томашевич отскочил и позволил противнику поднять оружие - не хотел нападать на безоружного, хотя в данном поединке это разрешалось.