— Это я уже поняла. Хорошая девочка. Но может не стоит так торопиться?
— Думаешь подождать?
— Да. Присмотреться к ней, — осторожно сказала Диана Тимофеевна.
— Ты сама говоришь, что она хорошая.
— Внешность порой бывает обманчива. Смотри не разочаруйся, — наливая чай, ответила Диана Тимофеевна.
— Я думал об этом. Так же как и думал, о времени. Сколько мне ждать, когда она себя покажет? Год? Два? Пять лет? За сколько можно узнать человека, чтоб ему полностью начать доверять? Порой и двадцати лет не хватит, чтоб понять кто рядом с тобой. Мне уже почти сорок. Я могу и дальше дуть на воду, пока эта вода не решит, что пора что-то менять. Возьмет и окончательно замерзнет или закипит. В любом случае я и так и так ее потеряю. Лучше я сейчас рискну. Попытаюсь запрыгнуть в последний вагон, пока мой поезд не ушел. А то останусь один век доживать. Что-то в последнее время эта перспектива меня пугает.
— Не рановато ли о старости задумался?
— Глупо не замечать очевидных вещей, — ответил Тимур. Затушил сигарету.
— Не знаю, я спокойно и одна прожила, — пожала плечами Диана Тимофеевна.
— А я один быть не хочу. Так что давай закончим этот разговор. Ты мою позицию знаешь, я знаю твою. Конфликтовать не будем, — Он спустился по ступенькам и пошел к калитке.
— Ты куда?
— Мозги проветрить, — ответил Тимур, не оборачиваясь.
Идти пришлось через лес. Шумела листва. Спокойно. Хорошо. Ему всегда нравилась природа. Даже больше чем город. Идти по тропинкам, усеянным маленькими листьями и веточками, вдыхать свежий воздух, слушать перешептывания деревьев — в этом что-то было. Намного большее, чем в гудение машин и шуме двигателей. Природа словно наполняла энергией, которую вытягивал город.
Тимур сомневался. Он это признавал. Сомневался в этой девочке, которая так его притягивала к себе. Сомневался в себе. Но показывать это никому не собирался. Пусть все думают, что у него все под контролем. Ведь так оно и было. Второй раз он на те же грабли не наступит. Пруд появился на месте добычи песка. Мягкий песок. Деревья окружали пруд со всех сторон. Красивое место, которое любили все местные жители. Иногда сюда приезжали отдыхать из Москвы. Но чаще всего здесь отдыхали свои люди. Прохладная вода хорошо охлаждала. Заставляла убрать в дальний угол невеселые мысли. Чистая вода, сквозь которую просвечивалось дно. Голубое небо над головой с белыми облаками и шепот деревьев.
Чего он сомневается? Жизнь такая штука веселая. Хорошая. А он еще чего-то придумывает. Если всего бояться, то он и половины не увидит того, что сможет. Оля боится собственной тени, поэтому никогда здесь не окажется. Не увидит всю красоту, если он ей эту красоту не покажет. Не вытащит ее из норы, в которую девушка сама себя загнала. Пока будет вытаскивать, выйдет и сам из соседней дыры, в которой все это время жил.
Надо все-таки Олю вытащить на пикник, чтоб показать ей те красоты, что она не видела. Показать, что жизнь не такая унылая и серая, к какой она привыкла в городе. Только нужно, аптечку с собой взять, а то Оля постоянно колени и руки разбивает.
— Ты долго будешь спать? — спросил ее Тимур, подсаживаясь рядом. Сразу запахло свежими огурцами. Оля приоткрыла глаза. Улыбнулась.
— Я и не заметила, что уснула. Казалось, что в какую-то сказку попала, — пряча зевок, ответила Оля.
— И что была за сказка? — жуя огурец, спросил ее Тимур.
— Не знаю. Все было какое-то волшебное. Чудесное.
— Сказка — это лучше, чем кошмар.
— Не знаю, так просыпаться не хотелось.
— Значит зря я тебя разбудил. Только подумал, что ты будешь ночью делать, если продолжишь дальше спать.
— Все верно. Это я чего-то расслабилась.
— Пошли обедать, моя расслабленная.
— Не твоя. Я своя собственная, — ответила Оля, вставая и складывая покрывало.
— Ты со мной споришь из чистого упрямства или из-за того, чтоб успокоить свою совесть? — спросил Тимур, хватая ее за талию и притягивая к себе.
— Отпусти!
— Поцелуешь, тогда отпущу.
— Даже не собираюсь.
— Что за безобразие? Даже не собирается. Ночью авансы мне давала, а теперь вдруг на попятную? — он насмешливо на нее посмотрел. Румянец так и запылал у нее по щекам. Она перестала пытаться снять его руку со своей талии. Замерла. Глаза потупила. Неожиданно прямо посмотрела прямо в его глаза.
— Но сейчас же не ночь, — ответила Оля.
— М, а целоваться нужно только при луне? Мы же не волки.
— Да, целоваться надо на даче твоей мамы, — хмыкнула Оля.
— Она суп варит. Ей не до нас. Так что целуй и пойдем ей компанию составим.