— Я тебя потерял, — сказал Тимур, подходя к ней.
— Вышла на свежий воздух, — ответила Оля. Она хотела сказать про звонок Федора Григорьевича, но почему-то промолчала. Не хотелось опять сталкиваться с ревностью Тимура. Он бы нашел повод придраться.
— Там сегодня даже слишком жарко, — согласился Тимур.
— И шумно.
— Тебе не нравится.
— Нет. Я не вижу в этом смысла, — ответила Оля.
— А во всем должен быть смысл? — закуривая сигарету, спросил Тимур.
— Желательно.
— Оль, не всегда можно объяснить поступки с помощью логики. Есть такое слово, как порывы. Вот если я тебя сейчас поцелую, думаешь у меня будет какая-то цель?
— Будет.
— Какая? — удивился Тимур.
— Ты захочешь доказать всем, что ты со мной. Поэтому постоянные обнимашки, рука на моей спине, невинные жесты в виде поправления моих волос, лямки на платье — ты каждым жестом показываешь, что непросто друг.
— Все так серьезно? — усмехнулся он. — А я и не замечаю.
— Плюс твой контроль. Ты за мной хвостом ходишь сегодня целый день. Я ни с кем поговорить не могу без твоего присутствия. Уже до смешного дошло, когда ты стал требовать, чтоб я тебе докладывалась о походах в туалет. И почему я так долго там была, — устало сказала Оля.
— Ну, я правда переживать уже начал. Тебя десять минут не было.
— Тимур… — Оля чуть не простонала. Покачала головой.
— Ну сама посуди, ты не пользуешься косметикой. Так что тебе не нужно поправлять макияж. Чего там так долго можно делать? — сдерживая смех, ответил Тимур.
— Прекрати.
— Извини. Оль, я не замечаю за собой этих моментов. Мне приятно вот так обнять тебя и понять, что ты рядом. Никуда не исчезла, — он прижал ее к себе. — Не верится, что ты рядом.
— Да обнимай, я не против. Только не надо за мной хвостом ходить.
— А вот захочешь от меня уйти, то что мне делать?
— Куда я уйду? Двадцать семь лет ждала тебя, чтоб уйти?
— Вдруг встретишь кого-нибудь красавчика. Задурит он тебе голову. И бросишь меня, — весело сказал Тимур. И веселость была не наигранной. Но ведь его это беспокоило. — Как, например, Вася, который помог тебе подняться, когда ты споткнулась.
— Он мой двоюродный брат, — ответила Оля.
— Так всегда найдется не брат.
— Он найдется быстрее, если ты меня задушишь вниманием. Мне нужно чуть больше свободы. Не нужно изображать из себя телохранителя. Я тебе уже в сотый раз говорю, что таким отношением, ты только подталкиваешь меня к определенным шагам. Хочется уже назло сделать. Можно каждый день слышать, что ты шалава, а потом станет обидно. Начнешь понимать, что терять нечего. О тебе сложилось уже определенное мнение. Значит бояться осуждения нечего.
— Я не говорил, что ты шалава.
— Но твои подозрения намекают на это, — спокойно ответила Оля. Она посмотрела на него. — Тимур, если решили быть вместе, то, наверное, не на пустом месте. Это же не мимолетная прихоть.
— Откуда я знаю, что у тебя в голове, красавица?
— Так же, как и я не знаю, что у тебя.
— Иногда мне кажется, что все это игра. Бывает, что наступает весна, после долгой зимы. Мы скидываем куртки, шубы. Меняем теплую обувь на легкую. Вместе с одеждой появляется и легкость на душе. Тогда девушки, которые появляются в коротких юбочках и приталенных курточках, кажутся первыми весенними цветами. Все красивые и нарядные. Их так и хочется сорвать, поставить к себе в вазу, чтоб любоваться. Девушки-цветочки видимо чувствуют что-то похожее, потому что при знакомстве начинают ярче сиять, блестеть глазками и охотно идут в руки.
Весна дурманит свежестью тающего снега, первым солнцем и легким ветерком. В такие моменты жизнь становится легкой, новой, яркой. Потом весна проходит. Цветочки теряют блеск и новизну. Потом приходит понимание: во всем виновата весна, которая заморочила голову, пообещав того, что не было на самом деле. Она сама веселая и забавная девчонка, вот и мечтает сделать мир ярче и краше. Но все это иллюзия. Иногда мне кажется, что лето в этом году решило поспорить с подругой весной о своих способностях так же голову задурить людям. Для своего спора они выбрали нас. Больно быстро мы с тобой голову потеряли, — он затушил сигарету. Из кафе доносилась приглушенная музыка. Взрывы хохота. Детский смех. Над рекой летала чайка. Странно, что ее сюда занесло.
— Согласна, что слишком быстро все произошло. Предлагаешь взять паузу и разобраться? — спросила его Оля.
— Не дождешься, — хмыкнул Тимур.
— Может ты прав. Все это как лихорадка, болезнь. Как-то утром мы проснемся и решим, что видеть друг друга не можем. Или еще хуже, что нам все равно. Пока же нам не все равно, поэтому будем жить как живем. Давай решать проблемы по мере их поступления, — сказала Оля. Она поправила ворот его рубашки. Посмотрела на его довольное лицо. Вот такой большой, а такой глупый. Хотелось это ему сказать, но она промолчала. Лишь улыбнулась в ответ.