- Ты сумасшедший, — все еще смеясь, высказала Лана.
- Сумасшедший по тебе, — выдохнул он, хватая золотистые локоны и рванув на себе. Неистово вцепился губы, нагло проникая языком ей в рот. - Я люблю тебя, — закусив с силой ее нижнюю губу, продолжил парень задыхаясь. - Люблю, люблю.
Света ахнула от боли, и на языке снова почувствовался привкус железа. Уперевшись ладонями в широкую грудь, попыталась высвободиться, но тот держал мертвой хваткой.
- А я тебя ненавижу, — по слогам проговорила Света, вкладывая в слова всю ярость, отчужденность и неприязнь.
Матвей отстранился сам, словно не веря в жестокость сказанных слов. Он нахмурился, как обиженный мальчик, надувая губы. И в следующую секунду, мягкие, грустные черты исказила тень. Лана знала, что ждет дальше. Новый скачок настроения не заставил долго ждать. В щеку ей прилетел сильный, мужской удар кулака, заставляя повалиться навзничь. Ноющая, пульсирующая боль захватила все лицо, но Матвей уже тащил ее за волосы в направлении выхода. Девушка громко закричала, желая разбудить всю деревню, но на деле получился только сдавленный хрип.
- Что же, обойдешься без вещей, — равнодушно отозвался он, ослабляя хватку. - Ты сама виновата, вынуждаешь меня, — виновато сообщил сталкер, взмахнув руками.
Губа Светы дернулась, а внутри что-то зажглось. Будто кто-то поднес спичку, и внутреннее противостояние жизни, что теплилось внутри, собралось и отвердело. Воспользовавшись моментом, она вскочила с пола и, согнув ногу в колене, ударила по причинному месту. Матвей зашипел, сжимая место ушиба, и согнулся по пополам. Кровь в жилах Ланы испрялась от смелости и огня, что шептал: «Хочу жить». Адреналин погасил дрожь и предал резвости. Она рванула на кухню, лихорадочно оглядывая посуду, и не нашла ничего лучше противня, на котором все еще лежали остатки печенья. Ухватившись за железо обеими руками, замахнулась, отчего выпечка разлетелась по всей комнате, рассыпаясь на мелкие кусочки. И недолго думая, прикладывая все оставшиеся силы, она опустила железо на голову насильника. Послышался глухой звук, и отдача прошлась по мышцам набором вибрации. Матвей вскрикнул и повалился вниз, плотно закрыв глаза. Парень не шевелился, а из пробитой раны засочилась густая, красная жидкость.
Света замерла, вместе с трепещущим в груди сердцем. Она убила его? Не может быть! Так и стояла, не выпуская из мокрых пальцев, орудия убийства. Все тело обуяли изнеможение и вялость, а слезы струились, не прекращаясь. Девушка отступила на несколько шагов назад, упираясь бедрами в батарею, у окна, и сползла на пол. Противень гулко ударился, и этот звук, эхом раздался в ушах. Вся комната кружилась, вертелась, словно она каталась на детской карусели. Света никак не могла поверить, что Матвей лежит без сознания на ее собственной кухне. Не могла поверить, что все кончено.
Лера и Денис! На трясущихся ногах, она встала и сморщилась от головокружения. Держась за близлежащие поверхности, побрела в комнату, в поисках телефона. Кое-как добравшись до округлого стола, нащупала сотовый, но тело отказывалось слушаться и обмякло. Сползла на пол, отчаянно борясь с темнотой в глазах. Разноцветные точки стреляли перед зрачками, как салют, с соответствующими звуками в висках. Тыкая опухшими пальцами по экрану, думала только о том, что осталось не так много времени. Если Матвей вдруг очнется, то им всем несдобровать.
- Алло, — пересохшими губами, шепнула Лана, борясь со сном.
- Здравствуйте! — тут же спросил женский, четкий голос. – Что случилось?
- Меня зовут Света Морозова. В мой дом вломились. Помогите, пожалуйста, — почти не соображая, промямлила девушка, пытаясь держать телефон. В горле совсем пересохло и саднило. - Смоленская область, деревня.
На последних словах Лана уже не слышала своего голоса. Ресницы ее опустились, позволяя глазам отдохнуть, и сон полностью завладел сознанием. Очнулась, когда кто-то раздвинул веки и ослепил маленьким фонариком.
- Расфокусировка, — говорил мужской, серьезный голос, подложив руку под шею. Пальцы щупали лицо и осматривали тело. - Вероятно, сотрясение, но серьезных травм нет. Забираем для тщательной проверки.
Дальше, как во сне. Двое щуплых парней, в белых, длинных халатах, погрузили ее на носилки. Отсюда она могла, не поворачивая головы, разглядеть комнату. Друзей в ней уже не было, только застывшая кровь на полу и стенах, говорящие, что все случилось в реальности. По мере того как они продвигались к выходу, паника заполняла легкие, и ей захотелось кричать. Но вместо этого она только застонала, привлекая внимание врачей. Однако, когда они шли мимо кухни, здесь тоже никого не отказалось. Сбежал? Он сбежал? С губ снова сорвался жалостливый писк, и она вцепилась в локоть ближайшего медбрата.