- Я же такой же полноправный сотрудник, как и ты, - мягко возразил ей парень, намереваясь расписаться.
Света ахнула, заставляя его отвлечься.
- Подпишешь и не посчитаешь товар?
Она смотрела с искренним укором, от которого Матвей не сдержал насмешливой улыбки, и его черты лица стали еще приветливее.
- Давай вместе, если тебе будет спокойнее.
Лана недоверчиво фыркнула, но позволила ему читать список, а сама с ярой тщательностью считала банки и пакетики корма. Когда подсчет закончился, а Петрович устал закатывать глаза от ожидания и теребить свою поседевшую бороду, они отпустили его на свободу, оставшись вдвоем в пыльном, затхлом помещении.
- Нужно разложить, - глядя на кучку товаров, одновременно произнесли Лана и Матвей.
Оба вскинули головы и смущенно рассмеялись. Плечи Светы плавно опустились, а тело перестало держаться в диком напряжении. Смех Матвея оказался задорным и заразительным, от которого некое тепло, как бочка с мёдом, растеклось где-то на уровне груди. Они оценили друг друга из-под опущенных ресниц, ожидая, кто продолжит диалог.
- Давай так, ты посмотришь, чего не хватает, а я буду приносить? - уже вопросительно и осторожно спросил Матвей, оттягивая лямки комбинезона. Под ним красовался теплый, бежевый свитер, плотно обтягивающий плечи настоящего пловца. - М?
Света закусила губу, осознавая, что разглядывала парня дольше положенного, и кивнула, поспешила в зал. Убедившись, что клиентов так и не прибыло, она с удовольствием окуналась в работу, больше не позволяя себе заглядываться на Матвея. Тот же, в свою очередь, исполнял все ее указания и лишь иногда одобрительно улыбался.
Когда они закончили, сумерки спустились на город, и за окнами загорелись тусклые фонари, отражающиеся от стекла.
- А мы хорошая команда, - потирая ладони, добродушно сказал Матвей.
В его зеленых глазах загорелись похожие фонари, только в них было больше жизни и яркости. Оттенок наливных яблок, смешанный с темной листвой, засеребрился в свете магазинной лампы.
Света кивнула, уводя взгляд в сторону, и заправила золотую прядь волос за ухо, замечая, что в его присутствии ведет себя как школьница. Неловкость и смущение настолько овладело телом, что тяжело было даже сдвинуться с места.
- Удивительно, что теперь у меня есть помощник, - тихо ответила Лана, удивляясь, как голос перешел почти в шепот. - Спасибо.
Матвей выдохнул, будто ожидал весь день от нее именно этого слова и протянул ей свою внушительную ладонь.
- Не за что. Друзья? - растянулись его губы, открывая ряд белоснежных зубов.
Света скосилась на руку парня, слегка потемневшую от пыли. Сомнение укололо иголкой под лопатки, но она с неохотой, все же дала свою ручку в ответ.
- Друзья.
- Познакомимся заново? – слегка иронично спросил парень, и бровь его поползла вверх. – Матвей Ермаков.
Девушка зарделась и прошептала:
- Света Морозова.
Глава 5. Света.
Кроме выхода на улицу и общения, сильнее всего Света ненавидела торговые центры. Четыре или пять этажей бесполезной, одинаковой одежды, оравы визжащих на своих мужей, женщин, тошнотворный запах бургеров вперемешку с одеколоном и люди, люди, люди. Ей всегда казалось, что каждый, кто проходит мимо, оценивает с ног до головы и закатывает глаза от пренебрежения. А еще они все как один, точно знают ее тайну. В их то карих, то зеленых круглых бусинках, отображается сочувствие и жалость, от которой сводит легкие. Лучше накричите, так чтобы перепонки лопнули от высоких децибелов, только не жалейте. Нет ничего хуже, чем эти сочувствующие похлопывания по плечу и кивки головой. Разве что одна фраза, приводящая Лану в бешенство: «все наладится». Самые неопределённые и растянутые временем слова на планете. Все наладится, когда-нибудь, но не прямо сейчас.
Полина знала ее отношение к ТЦ, и вопреки брыканиям, фырканью и шипению, все же затащила ее в ближайший, высоченный магазин, походящий на расколотый надвое «Титаник». Торговый центр отличался от других: был более тесным и не таким огромным, что еще больше вызывало раздражение. Каждые этажи стояли полукругом. Для того, что выйти из этого кругового движения и не быть задавленным толпой, необходимо резко нырнуть вправо или влево, где тебе представал длинный коридор, по бокам с магазинами, походящий для Ланы на комнаты психбольницы. Подруга шныряла от одной входной двери до другой, порхая, как бабочка, с цветка на цветок. Магазин одежды, после бижутерии, и снова магазин одежды. Не забудем об интимном белье и салоне обуви, где всякая девушка, придирчиво осматривает свои ноги в зеркале, помещённом в бока пуфика. Ну что за вздор?