Внутри девушки всколыхнулась тревога, как цунами подкрадывающаяся к берегу. От каждого вздоха женщины, сжимались плечи, не давая ей обуздать гнев. Разве мама будет портить ребенку день, с самого утра? Будет звонить, чтобы убить настроение? Будет разговаривать так, будто они вовсе не знакомы?
- Мало я тебе любви давала? — тут же подхватила женщина, наигранно слезливо. - Я тебя воспитывала одна, обувала, одевала, успокаивала, когда ты падала и разбивала колени. А сейчас я вдруг стала никчемной мамой? — закричала Елена Павловна в телефон, отчего Лана отодвинула трубку от уха и соскользнула на пол.
Из-за угла показались белые усы, но мордочка так и не рискнула втиснуться в дверь.
— Это все из-за папы? — давясь соленой жидкостью, что застряла в горле, тихо пролепетала дочь.
Перед ней тут же вспыхнули два темных, ореховых глаза, и широкая, вечно сияющая улыбка. Затем звуки тормозов и сирена скорой помощи. Пальцы сильно сжали переносицу, сдерживая извержения скорбной воды.
- Я запретила говорить на эту тему, — стих ее голос, но заполнился сталью.
- Почему? Только потому, что ты не желаешь его вспоминать? Я уже забыла, как он точно выглядит. Не помню его голоса.
- У тебя есть отец, — отчеканила мама.
- И я его люблю. Он был рядом со мной, защищал от тебя, — язвительно откликнулась Света. - От твоих истерик и нападок. Скажи правду! Ты же меня не планировала никогда, — разрыдалась девушка. — Это мой биологический отец хотел ребенка.
- Откуда эти догадки? — спокойно осведомилась женщина, скрывая дрожь за холодом.
- Я слышала твой разговор с отчимом. Ты боялась, что папа бросит тебя, потому что такой характер невозможно терпеть, — выпалила она, но тут же пожалела, прикусывая щеку.
- Как ты смеешь, — процедила мама. - Нахалка. Чтобы я тебя больше не слышала.
Гудки. Лана отбросила телефон, скручиваясь калачиком на полу и от оглушительных рыданий, ухватилась за грудь, где то, то и дело зарождались новые спазмы. Папа. Ей припомнились те моменты прошлого, когда он водил ее на аттракционы в «Парк Горького» и втайне, покупал кулёк конфет. Любил вместе смотреть «Король лев» и плакать сообща. В этот момент крепко прижимал ее к своей груди, гладил по голове и шептал: «Я рядом». Он забирал с детского садика, вопреки занятости на работе. Не пропускал ни одного праздника, внимательно слушая ее корявые стихотворения. Хлопал так, будто она выступала на публику в «Большом театре». Морозов Сергей Борисович — это имя и воспоминания, все, что осталось от отца. И то последние, уже давно начали меркнуть, как и все вокруг в этом мире.
Света не могла вспомнить морщинки у его глаз, когда отец смеялся над ее перьями на платье. Не могла вновь вдохнуть запах тяжелого парфюма и мускатного ореха, что он так любил. Не могла обнять, сетуя на целый жестокий мир, пытающийся ее, задавить. И как бы она его ни любила, уже больше не могла этого ему сказать. В такие моменты, лежа на полу и задыхаясь от боли, начинала ценить те прошлые секунды рядом с ним. И пусть была слишком мала, чтобы осознавать проблемы в семье, для нее он всегда оставался самым светлым, смелым и наилучшим человеком. Мужчиной, который души не чаял в дочери и ценил каждое мгновение. Боготворил свою милую, изнеженную принцессу. И чтобы он сказал, зная, что от Светы осталась только тень девушки?
Лана всхлипнула и смолкла. Снова поглотила ужасающая, высасывающая энергию, пустота. Мышцы ослабли, глаза слипались, и она поддалась, провалившись в сон.
***
Девушка очнулась от настойчивой мелодии и вибрации, что от пола передавалась к телу. Едва разлепив глаза, она со страхом осознала, что уснула на ковре. Том недовольно мяукнул, толкнув ее вбок, своей квадратной головой. В огромных, словно океан глаза стояли сострадание и голод. И жалость вполне вероятно к себе.
- Прости, дружок, — погладила его Лана, но тот обидчиво прогнулся под ладонью и засеменил на кухню.
Она утомлённо поднялась, с беспокойством, глянув на экран телефона. Пропущенные от Матвея. Сердце ухнуло вниз, а когда звук послышался заново, поднялось кверху, как на американских горках.
- Привет, — слабо отозвалась она, босиком шагая по коридору.
- Ты спала? Не разбудил? — забеспокоился парень.
На заднем фоне слышался безжалостный ветер и гудящие машины.
- Нет, что ты, — поспешила оправдаться Лана. - Обычно я встаю рано, — открыв холодильник, ляпнула девушка.