- Я не стал звонить раньше, не знал, какой у тебя обычно распорядок дня, — замялся парень. - В общем, может, мы прогуляемся?
Лана обомлела с банкой корма в руках и сморщилась, когда сквозь ставни до нее добралось ледяное прикосновение. Очень уж не любила гулять зимой. Хотя, когда она обманывает. Гулять, уже давно не входит в пункт перечня, любимых занятий. Целый мир за окном – опасный и беспокойный, не внушал никакой уверенности и блаженства.
- Там достаточно холодно, — заметила Света.
- А я купил нам два горячих капучино, — послышалась улыбка в голосе.
Она хмыкнула, уже представляя вкус на языке, и высыпала остатки желе из банки. Том нещадно накинулся на еду, будто сам же ее поймал в дикой среде и зарычал. Лана одними губами, виновато прошептала: «прости».
- Мне нужно собраться, — все еще сомневалась девушка.
- Тогда делай это быстрее, ведь я у твоего подъезда, — хохотнул парень и отключился.
Что? У подъезда? Света не удержалась от стона и быстро умывшись, взглянула в зеркало. Завязала пучок и высунула язык. Вид оставался желать лучшего. Веки распухли, глаза покрылись красными линиями, напоминая тонкие ветви деревьев. Что же, о встрече нужно предупреждать заранее, так что она не собиралась скрывать своего настроения. Нацепив бежевый, спортивный костюм и болоньевую куртку, нехотя спустилась вниз.
Матвей, как всегда, одет с иголочки: темно-синие джинсы, белый пуловер. В своем неотразимом черном пальто обернулся на звук открывающейся двери и тут же протянул еще горячий, пластмассовый стаканчик.
- Ух, тяжелая ночка? — тут же не удержался от комментария.
Света наморщилась.
- Скорее утро, — делая несколько глотков, пожаловалась она, даже не заметив, как они двинулись вниз, в сторону парка.
На улице стоял слабый морозец, а пение птиц разбавляло гул большого города. В будние дни, здесь даже автобусные остановки пустовали. Что говорить о людях?
- Что-то случилось? — забеспокоился парень, приглаживая один, выбившийся из прически локон.
Как в нем могла сочетаться небрежность и беспокойство за неё? Попивая кофе с видом бизнесмена, он заметно хмурился, оглядывая ее расстроенное лицо. Под таким вниманием она слегка стушевалась, и желание рассказывать ему свою боль, куда-то улетучилось.
- Родители и дети, — отмахнулась Света, огибая шлагбаум и ступая по узкой тропинке.
В разгар лета, по бокам от дорожки пышно цветет сирень. Сегодня же их встречали обнажённые ветви, с трудом удерживающие выпавший ночью снег. Пока его мало. Только на верхушках кустарников и легкой россыпью по траве. И все же, стало заметно светлее. Неугомонные воробьи, перекрикивая друг друга, скачут по хлипким, перегруженным ветвям, нарушая ее спокойствие. Чересчур долгое нахождение в тишине, аукается целой гаммой раздражения. Яркий, зимний свет врезается в зрачки, заставляя постоянно щуриться. И всё же, Лана рада выйти из своего убежища и подышать свежим воздухом.
- Вечная проблема «Отцы и дети», — хмыкнул Матвей. - Два разных поколения, никогда не поймут друг друга.
Света пожала плечами, но поддерживать тему не стала. Что она ему скажет? Что у них не противостояние принципов, а война за любовь? Что она не желанный ребенок матери? Кого интересуют чужие проблемы.
- А как у тебя с родителями?
Матвей пожал плечами, особо даже не оглядывая природы вокруг, а она поражала многообразием, вопреки зиме. Слегка орошённые белыми пушинками, одинокие скамейки, висящие на голых деревьях скворечники, шумная, но тянущаяся за поворот речка.
- У нас нет проблем с коммуникацией, — ответил парень. – Они всегда принимали мои решения и поддерживали. Даже когда я решил жить один в 18 лет, отнеслись с пониманием.
— Это здорово, — тяжело вздохнув, отозвалась девушка.
- Не у всех, так благоприятно, поэтому я ценю, — тихо, боясь обидеть, проговорил Матвей.
Света покачала головой, горько поджимая губы.
- Любишь гулять? — попыталась перевести тему Лана.
Они вышагивали вдоль подмерзшей речки, где со склона уже вовсю скатывались ребятишки, а мамы грозно следили за их каждым движением. Обогнув веселье, поднялись по крутым ступенькам в гору, где красовалась свободная лавочка с великолепным видом на весь район. Подогнув ноги, Света присела, не переставая пить сладкий кофе. В лучах пробивающегося сквозь серые, пышные тучи, блеснул купол церкви на той стороне, и девушка сощурилась.
- Нечасто, и не зимой, — честно ответил парень, вальяжно усаживаясь рядом. - Просто хотелось вытащить тебя на свежий воздух.
Света покраснела, и далеко не от мороза, что колол щеки.