Я не мог войти следом, иначе та узнала бы меня. Поэтому пришлось ждать, но то, что дом явно связан со Светой, никаких сомнений. Кто бы там мог жить? Пришла ли она в гости? Или все-таки, там обитали родители? Уж они, то точно могли предполагать где дочь. Оставалось только запастись терпением. Девушка вышла спустя несколько часов, взвинченная и шустрая. Что же, следить за ней, стало его неофициальной работой. Рано или поздно, все встанет на свои места.
И я снова не ошибся. Звезды, освещали мне дорогу, а значит, мое дело правое. В один из дней, снова посещая именно этот дом, Полина вышла под ручку с женщиной, немолодых лет. И в моей голове сложились шестеренки. Вряд ли эта женщина, ее мать, слишком мягкие и нежные черты, такие схожие с Морозовой. Мать! У меня даже под ложечкой заныло на секунду, от зависти, что у нее есть мама, когда моя, уже столько лет мертва. Света, почти ее копия, разве что нос у женщины более острый, да и скулы обозначились сильнее, в силу возраста. Что же, теперь подруга не требуется. Осталось, как бы невзначай пообщаться с матерью. Столкнуться, будто случайно. Я еще тот актер.
Я поселился у этого незнакомого дома. Руки уже потрясывало, а тревога поглощала все сознание. Я скучал. Скучал так, как могут тосковать настоящие любовники. Воображал, как снова коснусь ее жаркого тела. Желал, чтобы она стонала подо мной, обнимала, впивалась ногтями в кожу. Я ведь мог получить взаимность от любой, но мозг и тело требовало только Лану. Все время думал об этих мягких, золотых кудрях, смущенной улыбке и красных щеках, когда она стеснялась. Невинность. Вот что было в ней и так привлекало. И тупость. Где ее чертовы мозги, если она не понимает, как я люблю?
Поубавив наглости и напустив немного смущения, застав будущую тещу одну с пакетами, я робко направился к ней. Блондинка, тут же насторожилась, даже попятилось. Но стоило широко и приветливо улыбнуться, она остановилась, продолжая все же хмуриться.
- Здравствуйте, возможно, вы меня не знаете, но я молодой человек, вашей дочери, — затараторил я, пытаясь показать волнение. - Она пропала и не выходит на связь.
Лицо женщины, исказила гримаса раздражения, и я сразу понял, о чем говорила Лана, упоминая проблемы с родственниками.
- Она нам не отчитывается, — скривились накрашенные цветом бордо, губы. - У девчонки в голове каша. Она и матери, сколько уже не звонит, — продолжала недовольно женщина, сжимая ручки пакетов в ладонях. - И давно у нее молодой человек? — вопросительно взлетела бровь.
- Несколько месяцев, — чуть тише преувеличил я, ощущая, как трепетно бьется сердце от одного этого упоминания. - Я очень люблю, вашу дочь и беспокоюсь. Думаю, что смогу ей помочь стать спокойнее и почаще звонить родителям, — подмигнул я, до пущей убедительности.
Блондинка не решительно дернулась, но все же не ушла, разглядывая мои черты лица. Взгляд мне показался цепким и холодным, вопреки ответной улыбке.
- Я повторю, — сурово изрекла она. - Света мне не отчитывается. Понятия не имею, где она и почему уехала.
- Может, вы предполагаете? — настаивал я. Не могу уехать ни с чем! Ни после стольких дней слежки! Уголки глаз блондинки, как-то подозрительно сузились. Вот оно! Та точно что-то знала. - Пожалуйста, — сменил я тон на мягкий и обаятельный. - Мне тяжело без нее.
- Ох, — выдохнула женщина, закатив глаза. - У нас из недвижимости, только дом в Смоленской области, Новодугинский район. Больше ничего не могу сказать.
Она закряхтела, и, качаясь из стороны в сторону, побрела к подъезду. Значит, Смоленская область, дорогуша? Улыбаюсь во все зубы, предвкушая встречу. Осталось недолго.
Глава 32. Андрей.
- Не волнуйся, — кротко вымолвил Андрей, целуя тыльную сторону ее руки. — Это только ужин. Не обращай на них внимания. Тем более чтобы они ни сказали, ты останешься для меня самой важной и любимой.
Света резко подняла голову, отчего завитые большие локоны, всколыхнулись. В ее лазурных, чистых глазах, мелькнуло сомнение, и Дрю обнял девушку за плечи. Ему показалось, что она дрожит, и парень поспешил пропустить подругу в дом. В коридоре стояла непривычная тишина. Он не в первый раз ночевал у Светы, но сейчас, когда родители приехали из города, так явно ему не хватало этих стен. Нельзя и представить, что кто-то другой купит его жилище, его крепость, почти его воспоминания.