— Ну что, голодная? — юноша нагнулся над Филькой и почесал ей за ухом.
"Боже, какое это наслаждение — когда тебя чешут за ухом!!! — подумала Филька. — Чистой рукой! Доброй! Благожелательной! Как давно меня никто с такой любовью не чесал!"
Алексей открыл холодильник и вытащил из него кастрюлю.
— Ну что, поедим супчику? — предложил юноша.
— Мяу! Мяу! Мяу! — восторженно замяукала Филька. — Мяу-мяяяу! Конечно поедим!!!
— Ну вот и ладно! — согласился Леша, однако добавил: — А пока супчик согреется, пойдем-ка, кошка, в ванную. Тебе тоже не мешало бы искупаться — посмотри, на кого ты похожа!
Филька купаться не любила, но спаситель был прав — от кошки разило недельным запахом бомжевой жизни. Придется подчиниться и стерпеть!
После мытья, которое оказалось совсем даже не страшным, Леша достал фен и принялся сушить им кошку. Горячий воздух приятно обдувал тело и Филька почувствовала себя на седьмом небе. Как хорошо все-таки снова быть чистой!
Выключив фен, Алексей оглядел Фильку и вдруг присвистнул:
— А ведь ты красавица, кошка! И видать породистая! Черная пантера Багира! Ей Богу! Как же ты оказалась у этих уродов? Жаль, что этого никогда уже не узнать. Жалко, да…
А затем ели суп! Настоящий! Не из старых куриных голов, а говяжий! С мясом! Сочный наваристый бульон с картошкой и морковью! Конечно не как у бабушки, но все равно — мировой суп!
Поев, перешли в комнату. Леша включил компьютер и вошел в Сеть. Филька уселась рядом на пол и принялась наблюдать за юношей. В почтовом ящике оказалось три письма, пришедших буквально несколько минут назад. Алексей открыл их и прочитал.
— Ну вот, все в порядке, ребята уже дома, — Леша быстро отстучал ответы и вышел из ящика. — А теперь, кошка, ложись спать, я тебе постелю старый свитер у батареи, а мне еще надо поработать — завтра экзамен!
Филька зевнула и поняла, что ничего кроме сна ей и в самом деле сегодня больше не надо. Свитер пах Лешей. Филька свернулась на нем калачиком и впервые за много дней заснула в полном спокойствии…
*********
…Распад Советского Союза в 1991 году привел к тому, что более двух миллионов этнических русских, проживавших ранее на территориях бывших советских республик, вынуждены были бежать на историческую родину — в Россию. Альтернативой была смерть или в лучшем случае рабство — от Ташкента до Баку, от Ашхабада до Грозного, от Фрунзе до Назрани и Махачкалы против местных русских начался кровавый геноцид.
В Таджикистане им отрезали головы и вспарывали животы. В Узбекистане отрубленные головы выставляли напоказ в мясных магазинах. В Чечне русских распинали на крестах и скармливали собакам. Буквально за пару лет исчезло все русское население Чечни — 30 тысяч человек были убиты, 46 тысяч превращены в рабов, 100 тысяч квартир было отобрано вместе с имуществом. Тысячи русских женщин и девушек подверглись изнасилованию.
Из проживавших в Азербайджане по данным за 1979 год 476 тыс. русских к 2004-му уцелело лишь 168 тысяч.
Из тридцати русских сел в Грузии не осталось ни одного.
Но самым страшным было другое — родина-мать, Россия, не заступилась за своих детей, которых убивали и грабили в соседних республиках.
Да, Россия молча принимала к себе беженцев, но официально их как бы вообще не существовало. И ни одно правительство России за двадцать лет демократии и пальцем не пошевелило, чтобы защитить их права. Ни разу с соседей-беспредельщиков не потребовали компенсаций для изгнанных. Наоборот, когда завершилась Вторая чеченская — правительство моментально принялось выплачивать миллиарды долларов побежденным "на восстановление республики".
Последствия изгнания русских не заставили себя долго ждать — в новых независимых государствах Кавказа и Средней Азии начали останавливаться фабрики, заводы, скатывались в Средневековье сельское хозяйство, культура, исчезала наука. И работы для местных во многих республиках не стало. Негде и неначем стало работать…
Прошло несколько лет и толпы безработных кавказцев и азиатов потянулись в Россию и прежде всего в Москву. Резко подскочила кривая преступности, начались столкновения на этнической почве. Власти, однако, продолжали делать вид, что все в порядке и присутствие на территории страны нескольких миллионов иностранцев, отказывающихся подчиняться местным законам и соблюдать местные обычаи и традиции — нечто совсем нормальное…